Конституционно-правовое положение территорий с особым правовым режимом в России и зарубежных странах

ВВЕДЕНИЕ

На современном этапе развития государственности во многих странах мира, в том числе и в Российской Федерации, все большее значение приобретает институт территорий с особым правовым статусом. Создание и функционирование таких территориальных образований обусловлено рядом объективных факторов социально-экономического, политического и правового характера.

Изучение конституционно-правовых основ регулирования статуса территорий с особым режимом представляется весьма актуальным в контексте совершенствования территориальной организации публичной власти, обеспечения национальных интересов и безопасности Российской Федерации.

Территория Российской Федерации традиционно характеризуется высокой степенью гетерогенности; различные регионы обладают различными ресурсами и строят управленческие процессы в целом и управление своими ресурсами в частности, ориентируясь на разнообразные стратегические направления. В соответствии с пунктом 5 статьи 5 Конституции Российской Федерации, в России действует шесть видов субъектов федерации, на территории которых функционируют даже более разнообразные типы муниципалитетов. На текущий момент в Российской Федерации имеются территории, для которых законодательством установлены особенности в организации местного самоуправления.

Начало формы

Вопрос, касающийся правового управления территориями, имеющими особую правовую базу, имеет первостепенное значение в современном дискурсе. Это значение обусловлено длительным отсутствием стандартизированного подхода к их созданию и недавним внедрением законодательных поправок, особенно в рамках инициативы по земельной реформе. Как правило, усвоение нового законодательства и создание правовой базы в соответствии с этими новыми положениями представляют собой весьма сложный и многогранный процесс. Следовательно, это порождает правовую двусмысленность и проблемы, связанные с практическим исполнением правовых норм.

Степень разработанности темы. Заметно отсутствует теоретическая база исследований, касающихся управления территориями, обладающими уникальным правовым статусом. Многочисленные научные статьи в основном посвящены отдельным категориям территорий со специализированной правовой базой, таким как зоны охраны объектов культурного наследия, водоохранные зоны, зоны безопасности вокруг газораспределительных сетей и аналогичные зоны. Незначительная часть литературы посвящена конкретным аспектам предмета или проблемам, связанным с территориями, отличающимися особыми условиями использования. Это включает в себя определение критериев и принципов демаркации границ, ограничения предпринимательских прав на таких территориях и связанные с этим проблемы.

На данный момент наиболее всесторонние исследования о регулировании территорий с особым правовым режимом проведены Л. А. Тихомировой^[1] об особенностях их правового регулирования, Е. А. Галиновской^[2] о проблемах установления и соблюдения правового режима этих территорий. Отсюда возникают научные проблемы, которые выражаются, среди прочего, в неясности содержания конкретных терминов, например, «правовой режим зон с особыми условиями использования территорий», «зоны с особыми условиями использования территорий», «территории охраны», «охранные зоны» и других понятий, которые требуют научной проработанности.

Объектом исследования послужили общественные отношения, возникающие в связи с регулированием территорий с особым правовым режимом.

Предметом магистерской работы выступают нормы действующего законодательства, регулирующие осуществление конституционных прав и обязанностей в области регулирования территорий с особым правовым статусом.

Цель исследования заключается в разработке перспектив развития территорий с особым правовым статусом в Российской Федерации.

Задачи:

• исследовать территориальное устройство государства;
• проанализировать понятие и причины асимметрии территориального устройства государства;
• исследовать понятие и виды территорий с особым режимом как проявление асимметрии территориального устройства государства;
• проанализировать опыт зарубежных стран по видам территорий с особым статусом;
• изучить историю становления и основные элементы статуса территорий с особым правовым статусом как конституционно-правового института в Российской Федерации;
• провести сравнительно-правовой анализ территорий с особым правовым статусом в России и зарубежных странах;
• выявить роль территорий с особым правовым статусом в повышении эффективности государственного управления;
• исследовать юридические модели и специфика правового регулирования территорий с особым правовым статусом;
• выявить тенденция и перспективы развития территорий с особым правовым статусом в Российской Федерации.

Методология и методы исследования. Решению задач исследования способствовали научно-исследовательские методы. Формально-юридический метод позволил найти решение задач, связанных с формулировкой понятия «территориальное устройство государства», «асимметрия территориального устройства государства», «территории с особым режимом».

Сравнительно-правовой метод расширил диапазон исследования, так как с его помощью выявлены сходства и различия в правовом регулировании территорий с особым правовым статусом в зарубежных странах. Возможности использованных методов позволили разрешить обозначенные в диссертационном исследовании задачи.

Среди общенаучных методов были задействованы диалектический, анализ, синтез, индукция, дедукция и ряд других.

Теоретическая значимость настоящего исследования заключается в его способности расширить представления о конституционно-правовом регулировании статуса территорий с особым режимом. Результаты проведенного исследования вносят вклад в развитие общей теории государства и права, конституционного права, а также сравнительного правоведения.

Анализ зарубежного опыта правового регулирования специальных территориальных образований расширяет знания об исторической эволюции данного института в разных правовых системах. Выявленные тенденции развития конституционно-правового статуса территорий с особым режимом могут послужить основой для дальнейших научных изысканий в этой сфере.

Таким образом, работа вносит определенный вклад в научную разработку темы и обогащает академический дискурс в соответствующей области юридических знаний.

Начало формы

Практическая значимость результатов исследования состоит в том, что полученные теоретические материалы имеют следующие применения:

а) В правотворческой деятельности: результаты исследования могут быть использованы при разработке и закреплении государственно-правового статуса территорий с особым правовым режимом. Исследование предоставляет информацию о различных моделях и механизмах правового регулирования таких территорий, что помогает законодателям принимать обоснованные решения при формировании и улучшении законодательства.

б) В правоприменительной деятельности: полученные результаты исследования могут быть использованы при регулировании межгосударственных и внутригосударственных территориальных вопросов. Они предоставляют основу для разработки правовых инструментов и механизмов, которые обеспечивают эффективное управление и регулирование особых территорий.

в) В научно-исследовательской деятельности: результаты исследования могут быть использованы для анализа и изучения государственно-территориальных образований с особым правовым режимом. Это способствует более глубокому пониманию особенностей и механизмов функционирования таких территорий, а также позволяет проводить сравнительные исследования с опытом зарубежных стран.

г) В научной разработке и образовательном процессе: основные положения диссертационного исследования могут служить основой для дальнейшей научной разработки в области конституционно-правового положения территорий с особым правовым режимом. Полученные результаты также могут быть использованы в учебном процессе при написании учебных и методических пособий, подготовке лекций и семинарских занятий в процессе преподавания.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в разработке тенденций и перспектив развития территорий с особым правовым режимом в России.

ГЛАВА I. ТЕРРИТОРИИ С ОСОБЫМ ПРАВОВЫМ РЕЖИМОМ КАК ЭЛЕМЕНТ АСИММЕТРИИ ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УСТРОЙСТВА ГОСУДАРСТВА

1.1. Территориальное устройство государства

Изучение литературы, касающейся организации органов государственной власти в отношении территориальных пространств, выявляет отсутствие общепринятого всеобъемлющего понятия, называемого "территориальная структура государства", в сфере научного дискурса. Ученые демонстрируют отсутствие консенсуса не только в понимании сущности и внутренней конфигурации институциональной конструкции, известной как территориальная структура государства, но и в ее номенклатуре.

В юридической литературе нет единого подхода к терминологии, используемой для обозначения института территориальной организации государственной власти. Употребляются такие понятия, как "государственное устройство", "государственный строй", "территориальное устройство", "административно-территориальное деление" и другие.

Многие из этих терминов не в полной мере отражают сущность данного конституционно-правового института. Например, в советский период не признавалось использование понятия "государственное устройство" применительно к территориальному делению. Считалось, что оно охватывает более широкую сферу, не ограничиваясь лишь территориальным аспектом.

В дореволюционный период чаще применялись функциональные термины вроде "деление территории", "деление империи". Распространено было также использование понятия "административное деление" для обозначения системы административно-территориальных единиц и размещения органов управления.

Таким образом, в науке конституционного права до сих пор не сложилось единого устоявшегося подхода к терминологии в сфере территориальной организации публичной власти. Это свидетельствует о сложности и многогранности данного института, требующего дальнейшего осмысления и выработки оптимальной терминологической базы.

Однако эти термины не являются исключительным словарным запасом, используемым применительно к основному предмету исследования.

Как следует из докторского исследования, проведенного А.Д. Градовским, сложная административная структура российского государства демонстрировала заметный акцент как на управленческих, так и на фискальных аспектах^[3]. Основная задача исполнительных (административных) органов, функционирующих в этой сфере, в основном заключалась в надзоре за недвижимостью и государственными активами, при этом особое внимание уделялось земельным вопросам. Обсуждения, касающиеся управления территориальными образованиями как таковыми, первоначально не возникали, поскольку главная задача этих административных институтов по-прежнему была сосредоточена на управлении недвижимостью.

Рассматривая вопрос территориального устройства государства, Л. Шалланд справедливо отмечал, что деление на административные единицы по сути представляет собой определение компетенции соответствующих должностных лиц^[4].

Исходя из этого, становится понятным, почему административные структуры, призванные реализовывать управленческие функции, нередко воспринимались как искусственные образования. Ярким примером здесь может служить ситуация в Российской империи, когда губернаторы и генерал-губернаторы регионов одновременно занимали должности в Министерстве внутренних дел.

Такой подход, при котором административные единицы лишь фиксировали географическое положение населения и объекты управления, вступал в противоречие с идеями разделения государства на автономные провинции, политической децентрализации на местах и введения системы самоуправления^[5].

Взаимосвязь между географической организацией государства и наличием самоуправляемых территориальных единиц прослеживается на протяжении длительного исторического периода.

В унитарных государствах существовали обширные территориальные образования с особым статусом, такие как провинции или автономные княжества (например, Царство Польское и Великое Княжество Финляндское в Российской империи). В федеративных государствах территориальные субъекты федерации играют ключевую роль в конституционном строе.

В советский период территориальная структура государства сначала именовалась "государственной", а затем "национально-государственной". Параллельно использовалось понятие "административно-территориального деления" для обозначения территориальных единиц союзных республик и их территориальных подразделений.

Таким образом, наличие обособленных территориальных образований является традиционным элементом организации государственной территории, что подтверждается историческим опытом разных стран^[6].

Советские юристы, в основной своей части, воздерживались от подробного теоретического обоснования этимологического аспекта, на котором базировалась номенклатура данного института. Вместо этого они аргументировали, что советская государственная система включала в себя национальный компонент в организации государственной власти в рамках советской области. Часто применялась описательная терминология. В результате термин "государственное устройство" стал употребляться для обозначения институциональной структуры территориальной организации в силу явного его включения как в Конституцию СССР 1936 года, так и в Конституцию РСФСР 1937 года, где соответствующие вторые главы были обозначены как "Государственное устройство"^[7].

Последующие события привели к существенным изменениям в устройстве территориальной структуры, затрагивая как научный диалог, так и конституционные рамки. Особое внимание заслуживает включение специальных глав в Конституцию СССР 1977 года и Конституцию РСФСР 1978 года - Главы 8 и Главы 7 соответственно. Эти главы сыграли решающую роль в определении национально-государственного устройства СССР и национально-государственного, а также административно-территориального устройства РСФСР.

Таким образом, в результате этих конституционных изменений в терминологии, используемой в научных кругах для описания данного института, произошли соответствующие корректировки. В настоящее время оно официально признано как "национально-государственное устройство" в отношении союзных республик и "административно-территориальное устройство" в отношении внутренней территориальной конфигурации самих союзных республик. Параллельно с этой номенклатурой также распространилось использование термина "территориальная организация государства"^[8].

Год 1993 стал свидетелем внесения нового этимологического элемента в определение соответствующей главы Основного закона, касающейся территориальной организации государства. Эта глава в настоящее время имеет название "Федеральная структура". Очевидно, что конституционная терминология данного института отражает фундаментальный принцип, на котором основывается территориальная конфигурация государства. Несмотря на это, стоит отметить, что научное сообщество продолжало придерживаться устоявшейся терминологии, используя такие выражения как "государственное устройство", "национально-государственное устройство" и "административно-территориальное устройство" для описания данного института.

В настоящее время большинство теоретиков склоняется к применению в качестве обобщающего термина понятия "государственное устройство", применительно к Российской Федерации - термина "федеративное устройство", а применительно к субъектам РФ - "административно-территориальное устройство".

В сфере журналистики встречается оригинальная, хотя и не обоснованная точка зрения, согласно которой термин "административно-территориальное устройство" подразумевает охват территориальной организации всех государственных органов.

Применение термина "государственное устройство" по отношению к территориальной структуре Российской Федерации представляется нецелесообразным. Данное понятие сформировалось в дореволюционный период и охватывало организацию государственной власти в целом, а не только ее территориальный аспект.

Хотя в современной литературе встречаются предложения об использовании термина "государственное устройство" применительно к территориальной структуре, автор полагает, что это может внести терминологическую путаницу и не соответствовать традиционному пониманию данной категории.

В связи с этим, по мнению автора, целесообразнее для обозначения территориальной организации государства применять более конкретные понятия, такие как "территориальная структура", "территориальное устройство" и т.п. Это будет способствовать однозначному толкованию данного института и избежанию неоправданного расширения смысловых границ устоявшегося термина "государственное устройство"^[9].

Начало формы

Современная точка зрения, которая ограничивает категорию "государственное устройство" исключительно институтом территориального устройства государства, лишена логического объяснения и обоснованной аргументации. Придание определенной коннотации общей категории, такой как категория "государственное устройство", во-первых, лишено рациональной цели. Дополнительные соображения следует учесть. Во-первых, данная практика вводит в использование определение, которое выходит за рамки привычного его смысла и применения к уже определенному понятию. Во-вторых, это может привести к созданию дополнительной институциональной неопределенности внутри категорий конституционного права и теории государства.

При изучении данного объекта необходимо углубиться в аспект, связанный с его этимологией. Конкретно, это касается вопросов целесообразности и необходимости использования термина "административно-территориальное устройство", особенно в контексте территориальной структуры субъектов Российской Федерации. К сожалению, в рамках научных исследований, посвященных данной категории, понятие часто принимается на веру, часто без должного разъяснения его происхождения или последовательного обоснования его применения.

Примечательно, что сам термин "административный" не является чуждым публичному праву и рассматривается как синоним термина "управленческий". Как упоминалось ранее, в анналах нашей юридической науки есть примеры, когда этот термин использовался применительно к территориальной структуре исполнительных (управленческих) органов власти. Однако такое использование сопровождалось важным предостережением^[10].

Рассматриваемый институт был обозначен как "административное подразделение", в то время как территориальные образования именовались "административными единицами" главным образом потому, что органы, ответственные за создание этих территориальных единиц, были административными (исполнительными) органами власти. Кроме того, деятельность, осуществляемая этими органами, по своей сути охватывала управленческие функции, направленные на управление отдельными лицами (поместьями) и собственностью. Однако сами территориальные единицы никогда и ни при каких обстоятельствах не рассматривались в качестве субъектов управления (администрирования).

В настоящее время часто приходится сталкиваться с преобладающей точкой зрения, возникшей в советскую эпоху, предполагающей, что административные единицы сами по себе служат объектами управления со стороны органов государственной власти. Однако это кажется неправдоподобным, учитывая внутреннюю природу государственной власти, которая традиционно относится к регулированию отношений между индивидами. Крайне важно признать, что категория "административный" или "управленческий" в правовой сфере должна быть отнесена к исполнительной власти, ее исполнительным органам и их соответствующим функциям.

Применение полных терминов "администрация" или "менеджмент" для охвата концепции и сущности публичной власти, а также функций и целей государства, представляет собой характерную особенность исключительно современной российской теории управления, и не может быть безоговорочно распространено на сферу юридической науки. Это различие в первую очередь обусловлено использованием различных методологий, целей и концептуальных основ в различных областях научных исследований^[11].

В теории менеджмента использование терминов "административный" и "управленческий" осуществляется в рамках обширной концептуальной структуры, охватывающей сложную сеть социальных взаимодействий и процессов, которые развиваются внутри общества в зависимости от конкретных исторических контекстов. В рамках этой парадигмы законодательная, исполнительная и судебная ветви власти, наряду с местным самоуправлением, рассматриваются как подсистемы государственного управления. И наоборот, в области общественных наук термин "менеджмент" используется исключительно для обозначения сферы действий, осуществляемых в рамках конкретной ветви власти, в частности, исполнительной власти.

Следовательно, в рамках научной области конституционного права, использование термина "управленческий" следует рассматривать как приемлемое лишь в ситуациях, где существуют юридически оформленные отношения управления между субъектами или между субъектом и объектом. Это приемлемо исключительно в контексте осуществления исполнительной власти. Применение данной терминологии, без соответствующих уточнений, предполагает сознательную необходимость и запрос со стороны субъектов Российской Федерации разделить свои территории на административные единицы, которые должны подчиняться административному надзору. Тем не менее, данное понятие противоречит фундаментальному принципу, который утверждает, что определение территории как объекта государственной власти не имеет смысла. В качестве альтернативы, указанные территориальные образования должны оставаться исключительно под контролем органов исполнительной власти соответствующего субъекта Российской Федерации, чья деятельность сущностно и единственно связана с управлением определенными юридическими лицами и интересами.

Основания для применения термина "территориальная структура" подтверждаются судебными прецедентами, установленными Конституционным судом Российской Федерации. В одном из своих определений Суд ясно определяет рассматриваемый объект как "территориальное устройство субъекта Российской Федерации". Также подчеркивается, что учреждение представительных и исполнительных органов государственной власти представляет собой необходимое условие для формирования территориальных единиц.

С учетом этого подхода административный (управленческий) аспект, изначально играющий ведущую роль, претерпевает изменения в своем статусе и переходит во второстепенное положение. Применение термина "административно-территориальное устройство" в качестве характеристики специально созданных территориальных образований в рамках структуры исполнительной власти представляется ошибочным и необоснованным. Подобная трактовка существенно сужает и обедняет понимание территориального устройства государства, сводя его лишь к одному аспекту - размещению органов управления. Кроме того, закрепление указанного термина в региональном законодательстве порождает правовую неопределенность относительно соотношения пространственной организации институтов государственной власти и местного самоуправления.

В соответствии с этой логикой, рассмотрим целесообразность, независимо от уровня государственной власти (как на уровне государственной власти Российской Федерации, так и на уровне государственной власти субъектов Российской Федерации), применения терминологии, обозначающей вышеупомянутый институт как "территориальную структуру". В этом контексте данный термин представляет собой описание организации государственной власти в контексте конкретных сегментов (территориальных единиц) государственной территории. Важно выделить разницу между понятиями "территориальная структура" государства и "территориальная организация" государства. Однозначно, важнейшей из этих категорий является "территориальная организация", что указывает на образование общественного объединения, а именно государства, в качестве одной из публичных организаций, где взаимоотношения между населением и органами государственной власти строятся на основе территориального принципа (создание связи между населением и органами государственной власти в пределах определенной территории). По сути, определенное территориальное пространство представляет собой правовую сферу.

В.А. Ржевский ясно указывает на значимость понятия "территориального устройства государства", подчеркивая его роль как социальной структуры, которая организует межчеловеческие отношения на основе принадлежности к определенной территории. Важно признать первоочередное значение данной концепции"^[12]. Концепция включает структурированный набор правовых отношений с целью организации государственной власти путем разделения территории государства на отдельные сегменты – юридические области для прямого осуществления населением власти или функционирования государственных органов. Она включает методы установления, изменения и завершения деятельности этих сегментов, их юридический статус и рамки взаимодействия между государством и соответствующими территориальными образованиями^[13].

Таким образом, исходно термин "территориальное устройство" государства коренится в фундаментальном понятии "территория государства," охватывающем юридически определенное географическое пространство. Следовательно, интеграция термина "территориальное устройство" представляет собой более врожденно логичный и рациональный выбор. Кроме того, данная терминология избегает излишних коннотаций или сложностей, что обеспечивает ее признание как всеобъемлющей и универсально применимой концепции, касающейся как унитарных, так и федеративных аспектов государственной структуры.

1.2. Асимметрия территориального устройства государства: понятие и причины

Проблема асимметричного территориального устройства и последствия этого явления давно является предметом научных дискуссий как в зарубежных, так и в отечественных исследованиях. Несмотря на обилие работ на эту тему, многие вопросы остаются дискуссионными и требуют дальнейшего изучения.

Понятие «асимметрия территориального устройства государства» не имеет устоявшегося определения в научной литературе. Различные авторы трактуют его по-разному, выделяя те или иные признаки.

Так, например, В.А. Лысенко определяет асимметрию территориального устройства как «неравномерность социально-экономического, демографического, этнокультурного и природно-географического потенциалов отдельных территорий государства»^[14].

Более широкую трактовку дает Р.Ф. Туровский, понимая под асимметрией «различия политико-правового статуса, объема компетенций территориальных единиц государства, а также уровня их социально-экономического развития»^[15].

Обобщая имеющиеся подходы, можно определить асимметрию территориального устройства государства как системное явление, проявляющееся в неравномерности социально-экономического, политико-правового, этнокультурного и иного развития отдельных территорий страны.

Причины асимметрии территориального устройства государства могут быть самыми разными. Условно их можно разделить на объективные и субъективные.

К объективным причинам относятся:

• Особенности географического положения (удаленность или близость к центру, наличие выхода к морю, природно-климатические условия и др.);
• Наличие или отсутствие полезных ископаемых и других природных ресурсов;
• Исторически сложившийся характер расселения и специализации хозяйства.

Субъективные причины асимметрии связаны с особенностями проводимой государством политики:

• Намеренная несбалансированность региональной политики (опора на отдельные территории);
• Игнорирование объективно существующих различий между регионами;
• Предоставление отдельным территориям особого политико-правового статуса и др.

Следует отметить, что на практике переплетаются как объективные, так и субъективные факторы возникновения асимметрии.

Асимметрия территориального устройства характерна как для унитарных, так и для федеративных государств. Однако в последних она выражена сильнее. Это связано с большей самостоятельностью субъектов федерации и закреплением их особого статуса в конституциях и законах.

Ярким примером высокой асимметрии в федеративном государстве является Россия. Здесь наблюдаются колоссальные различия в уровне экономического развития, плотности населения, доходах бюджета между отдельными субъектами Федерации.

К примеру, в 2020 г. валовой региональный продукт Москвы составил 17,2 трлн рублей, а Чеченской республики - 421,1 млрд рублей. При этом численность населения столицы более чем в 7 раз больше, чем Чечни. Такая асимметрия является следствием как объективных факторов, так и особого статуса ряда национальных республик и федеральных городов.

Итак, асимметрия территориального устройства представляет собой объективное явление, присущее любому крупному государству. Она обусловлена комплексом географических, исторических, политических и иных факторов. Наиболее ярко асимметрия проявляется в федеративных государствах, где регионы обладают определенной политико-правовой самостоятельностью. Учет особенностей и последствий асимметрии крайне важен для выстраивания эффективной государственной политики.

Асимметричность в территориальном устройстве при определенных условиях может стать угрозой единству и целостности федеративного государства. Чрезмерное социально-экономическое неравенство регионов порождает сепаратистские настроения в наиболее развитых из них.

Ярким примером является распад СССР, когда наиболее экономически мощные союзные республики стремились к независимости. Таким образом, государству необходимо проводить выравнивающую политику для сглаживания чрезмерной асимметрии.

Для снижения чрезмерной асимметрии территориального устройства государство может использовать различные меры:

• целенаправленная региональная политика, стимулирующая развитие отсталых территорий;
• перераспределение бюджетных средств и иных ресурсов в пользу депрессивных регионов;
• использование гибких асимметричных моделей федерализма, дифференциация полномочий субъектов.

Грамотная политика позволяет снизить чрезмерную асимметрию в государстве до оптимального уровня.

В зарубежных странах накоплен интересный опыт сглаживания чрезмерных диспропорций в территориальном устройстве. К примеру, в Испании успешно функционирует система повышенного финансирования отсталых автономий из центрального бюджета. В Бразилии действует целевая федеральная программа развития Северо-Востока. Опыт других стран может быть полезен для выработки эффективной региональной политики в России.

Территориальное устройство государства, часто называемое территориальной структурой, представляет собой многогранную систему взаимосвязей, охватывающую все государство в целом, охватывающую как его центральную администрацию, так и территориальные составляющие, а именно его субъекты. В историческом контексте терминология "государственное устройство" преимущественно преобладала в официальных документах и научных публикациях. Тем не менее, существует убедительный аргумент в пользу того, что термин "политико-территориальная структура" более точно отражает суть территориальной организации государства.

Политическая и территориальная структура государства в первую очередь проявляется в двух различных формах: унитарной и федеративной. Фундаментальное различие заключается в конституционном распределении полномочий между федерацией в целом и ее составными частями, тем самым очерчивая федеральную конфигурацию территориального устройства. В контексте федеративного государства федеральная конституция обычно оговаривает существование и границы этих образований. Напротив, в рамках унитарного государства юрисдикция территориальных образований, охватывающая их существование и границы, устанавливается действующим законодательством, принятым центральным правительством.

Субъекты Федерации обладают определенными элементами государственной автономии, определенными конституционными нормами. Важно подчеркнуть, что эти образования не являются независимыми государствами в строгом смысле этого слова, хотя в некоторых федеративных государствах, таких как Соединенные Штаты, Мексика и Бразилия, они могут упоминаться как "штаты" или "республики". Тем не менее, в контексте Российской Федерации обозначение субъектов как "государств" или "государственных образований" не имело бы всестороннего обоснования. Таким образом, утверждение о том, что субъекты федерации являются отдельными государственными образованиями или полностью независимыми государствами, не имеет убедительных оснований^[16].Начало формы

Конституция Российской Федерации определяет различные статусы ее субъектов, что приводит к терминологическим вариациям в правовом дискурсе. Как правило, республики обозначаются как "национально-государственные образования", в то время как территории, области и города федерального значения обозначаются как "административно-территориальные единицы". И наоборот, автономные области и автономные округа классифицируются как "национально-территориальные образования". Эти сложные рамки территориальной организации и правового статуса субъектов Российской Федерации вызвали обширные дискуссии, охватывающие широкий спектр теоретических и практических соображений.

Эти обсуждения в первую очередь вращаются вокруг таких ключевых вопросов, как асимметрия конституционного статуса субъектов Федерации и вопросы их равенства. Кроме того, центральный дискурс охватывает вопросы, связанные с договорной или конституционной сущностью Российской Федерации, а также вопросы, относящиеся к суверенитету, самоопределению народов и другим актуальным темам.

Расхождения, возникшие в положениях Конституции Российской Федерации, касающихся вышеупомянутых вопросов, в значительной степени могут быть объяснены наличием как юридически ясных статей, так и очевидных несоответствий в ее тексте. Эти противоречия дают простор для противоречивых толкований в ходе практической реализации Конституции. Следовательно, такие диспропорции составляют конституционно-правовую основу фактических диспропорций между субъектами Федерации, что в конечном счете приводит к неизбежным конфликтам между ними и с федеральными властями.

Статус республик и других субъектов Федерации должен быть однозначно определен исключительно в рамках Конституции Российской Федерации и впоследствии кодифицирован в конституциях республик, уставах краев, областей и других субъектов Федерации. Отсутствие такой окончательной ясности в значительной степени способствует рассогласованию между основополагающими законами (конституциями, уставами) отдельных субъектов Федерации и Конституцией Российской Федерации.

Большинство конституций и уставов признают верховенство Конституции Российской Федерации. Тем не менее, во многих случаях заявления о верховенстве и приоритетности конституций, уставов, законов и других нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации на их территориях формулируются без надлежащего учета положений Конституции Российской Федерации. Последнее прямо устанавливает неоспоримый примат Конституции Российской Федерации.

Кроме того, стоит отметить, что конституции некоторых республик содержат положения, касающиеся утверждения федеральных законов (например, в Ингушетии и Саха), а также потенциального приостановления действия Конституции Российской Федерации и федеральных законов на территории соответствующей республики (например, в Башкортостане).

Условно говоря, учредительные акты различных субъектов Российской Федерации, таких как края и областные центры, занимают более взвешенную позицию. Эти уставы подтверждают равный статус всех субъектов Российской Федерации, подчеркивая отсутствие каких-либо внутренних различий, отличающих их от других республик. Тем не менее, в отличие от республик, они прямо не подтверждают государственный суверенитет или статус государственности. Тем не менее, эти законодательные акты содержат конкретные формулировки, закрепляющие статус автономного государственного образования (например, Красноярского края) или государственно-территориального образования в составе Российской Федерации (например, Новосибирской области).

В различных вариантах уставов краев и областей оговаривается невозможность выхода из состава Российской Федерации, и почти в каждом случае подтверждается верховенство Конституции Российской Федерации на их территориях.

Отступление от принципа разделения властей наблюдается в нескольких конституциях и уставах, распространяя это отклонение на систему государственных органов субъектов Российской Федерации. Эти документы не только устанавливают приоритетность законодательного (представительного) органа государственной власти субъектов Российской Федерации в законодательном процессе, но и связывают процедуру формирования исполнительной власти с компетенциями законодательного (представительного) органа государственной власти.

Кроме того, некоторые положения, закрепленные в конституциях многих республик, не соответствуют конституционным нормам, определяющим объем полномочий, делегируемых субъектам Российской Федерации. Многочисленные конституции и уставы утверждают верховенство соответствующих субъектов Российской Федерации в вопросах, касающихся национальных ресурсов, включая исключительные права собственности на земельные участки и их недра, водные ресурсы, леса, флору и фауну и другие природные ресурсы, расположенные на их территориях.

Кроме того, конституции некоторых республик демонстрируют расхождения с Конституцией Российской Федерации в отношении таких вопросов, как гражданство, оборона, таможенные дела, верховенство Конституции Российской Федерации и федеральных законов, структура законодательных, исполнительных и судебных органов, а также различных аспектов, входящих в компетенцию Российской Федерации. Российской Федерации^[17].

Этот вопрос подчеркивает противоречие между двумя подходами: один признает существование оправданных различий в конституционном статусе республик в отличие от других субъектов Федерации, в то время как другой выступает за приведение статуса территорий и регионов в соответствие со статусом республик. Эти различия, очевидные в конституционных документах республик и уставах других субъектов Федерации, по сравнению с основополагающими положениями федеральной конституции вызывают серьезные опасения относительно сохранения равенства между всеми субъектами Российской Федерации.

Безусловно, достижение полного равенства между субъектами Федерации остается недостижимым на нынешнем этапе и в обозримом будущем, несмотря на любые предполагаемые конституционные декларации. Различия, обусловленные такими факторами, как этнические особенности, демографический размер, территориальная протяженность, финансовые возможности и многочисленные другие детерминанты, по своей сути порождают диспропорции. Доктринальная основа, лежащая в основе Конституции Российской Федерации, по прагматическим соображениям воздерживается от включения концепции абсолютной эквивалентности между различными этническими группами. Вместо этого Конституция Российской Федерации поддерживает стремление к паритету между ее субъектами. Такой подход, по сути, обеспечивает равновесие между этими образованиями, каждое из которых представляет разные народы. Крайне важно подчеркнуть, что термины "равенство" и "однородность" ни в коем случае не являются взаимозаменяемыми.

Политическая и юридическая эквивалентность субъектов федерации вытекает из их конституционного паритета. Аналогичным образом, Конституция наделяет каждого гражданина всеобщими правами и свободами, равномерно распространяя действие конституционного права на все субъекты федерации. Следовательно, различия в экономических, географических, демографических и этнических условиях между этими образованиями не являются основанием для присущей им асимметрии в их конституционном статусе или неравного обращения.

Асимметрия, наблюдаемая внутри Российской Федерации, не обусловлена различиями в ее экономических, географических и других региональных характеристиках. Такая причинно-следственная связь противоречит глобальному прецеденту, поскольку ни одна нация в мире, включая унитарные государства, не достигает абсолютной симметрии исключительно на основе экономических и географических факторов.

Чтобы обеспечить равенство между субъектами Российской Федерации, некоторые государственные деятели и ученые выступают за принятие единой структуры территориального федерализма. Это воспринимается как средство укрепления российского государства и предотвращения его распада. Однако очевидно, что проводить сравнения с территориальной организацией других стран в контексте России нецелесообразно. Исторически сложилось так, что территория России на протяжении веков была заселена разными народами. Учитывая многонациональный характер Российского государства, противопоставление различных форм территориальной организации его субъектов неуместно.

Учет национального фактора остается важнейшей предпосылкой для создания демократической структуры в любом государстве, включая федеральное, независимо от наличия больших или малых национальных групп, проживающих в пределах его границ.

Федеративное устройство России, охватывающее как территориальные, так и национальные образования, призвано сохранить разнообразие различных регионов при сохранении единства федерации. Более того, это способствует рациональному распределению компетенций и полномочий не только на горизонтальном уровне, но и по вертикали. Такое разделение законодательной, исполнительной и судебной власти между федеральным правительством и его субъектами устанавливает систему сдержек и противовесов.

Сущность российского федерализма допускает сосуществование образований, основанных как на территориальных, так и на национальных принципах. Для обеспечения эффективной реализации конституционных положений крайне важно, чтобы практическая политика как федеральных, так и региональных властей поддерживала принцип равенства всех субъектов, независимо от их национальных или территориальных особенностей.

Асимметрия между субъектами Федерации приводит к неблагоприятным политическим последствиям в их взаимодействии с федеральным центром. В результате территории и регионы стремятся достичь фактического равенства с республиками во всех областях. Кроме того, ведется пропаганда концепции самоопределения российской нации, примером которой является создание соответствующей республики в составе Российской Федерации в качестве нового равноправного субъекта.

Преобладающая точка зрения гласит, что новая стратегия федерального развития должна включать постепенный переход от централизованной, асимметричной и договорной федерации к централизованной, симметричной и конституционной федерации.

Тем не менее, переход от децентрализованной и договорной федерации к централизованной и конституционной федерации в настоящее время неоправдан. Прежде всего, это связано с отсутствием конституционных положений, прямо касающихся децентрализованного и договорного характера Российской Федерации. Кроме того, было замечено, что вопросы, касающиеся централизации и децентрализации федеративного (а также унитарного) государства, продиктованы не самой конституцией, а скорее существующим законодательством, соответствующим конкретным целям политического и социально-экономического развития внутри страны.

Такие преобразования должны осуществляться постепенно, путем терпеливых и скрупулезных усилий, с учетом коллективной воли всех различных народов, проживающих на территориях существующих национально-государственных и автономных образований.

Территориальное устройство государства играет существенную роль в формировании его политической, экономической и социальной структуры. Однако в ряде стран наблюдается асимметрия в распределении власти и ресурсов между различными территориями. Асимметрия может возникать как внутри одного государства, так и между разными государствами или регионами.

Асимметрия территориального устройства государства представляет собой неравномерное распределение политической власти, экономических ресурсов и социальных возможностей между различными территориями данного государства. Она может проявляться в виде неравномерного развития регионов, различной степени автономии и децентрализации политической власти, а также в неравенстве доступа к социальным услугам, инфраструктуре и возможностям развития.

Возникновение асимметрии территориального устройства государства может быть обусловлено несколькими факторами:

• Исторические факторы, такие как колониализм, империализм, миграции населения и географические особенности, могут оказывать влияние на формирование асимметрии в территориальном устройстве государства.
• Различия в экономическом развитии разных регионов могут привести к асимметрии в распределении ресурсов и возможностей. Неравномерное развитие отдельных секторов экономики, таких как промышленность, сельское хозяйство или туризм, может способствовать возникновению асимметрии.
• Политические факторы, такие как централизация или децентрализация власти, реформы административного деления и управления, могут влиять на асимметрию территориального устройства государства.
• Различия в культуре, языке, религии и этническом составе населения могут создавать основу для асимметричного территориального устройства и требовать особого внимания при формировании государственной политики.

Асимметрия территориального устройства государства представляет ряд вызовов и проблем, с которыми сталкиваются общество и государственные органы:

• Неравенство и социальная несправедливость;
• Политические конфликты;
• Экономический дисбаланс;

Асимметрия может привести к неравному доступу к образованию, здравоохранению и социальным услугам, что создает социальное неравенство и несправедливость.

Неравное распределение политической власти и ресурсов может стать источником политических конфликтов и напряженностей между разными территориями или этническими группами.

Неравномерное экономическое развитие в разных регионах может привести к дисбалансу экономического потенциала государства и создать проблемы в сфере занятости, инвестиций и развития.

Для преодоления асимметрии территориального устройства государства необходим комплексный подход и участие различных заинтересованных сторон:

• Распределение политической власти на разных уровнях может способствовать более справедливому управлению и учету интересов различных территорий.
• Содействие экономическому развитию отсталых регионов и привлечение инвестиций в эти территории помогут снизить асимметрию и способствовать общему процветанию.
• Обеспечение равного доступа к образованию, здравоохранению и социальным услугам на всей территории государства является важным фактором снижения неравенства и социальной несправедливости.
• Консультации и участие граждан. Важно вовлекать граждан в процесс принятия решений и обсуждения вопросов, связанных с асимметрией, чтобы учесть их мнения и потребности^[18].

Асимметрия территориального устройства государства является сложной проблемой, требующей серьезного и комплексного подхода. Решение этой проблемы поможет создать более справедливое и устойчивое общество, где каждый регион имеет равные возможности для развития и процветания. Учет различных факторов, таких как исторический контекст, экономические различия и культурные особенности, позволит формировать эффективные политики и стратегии для преодоления асимметрии территориального устройства государства и достижения равновесия и благополучия для всех его территорий и граждан.

1.3. Территории с особым режимом как проявление асимметрии территориального устройства государства: понятие и виды

Асимметрия территориального устройства государства является важным аспектом в изучении политико-правовых оснований государственного строительства. Одной из проявлений данной асимметрии служат территории с особым режимом. Далее рассмотрим понятие и виды территорий с особым режимом, а также анализируется их значение в контексте асимметрии территориального устройства государства.

Территории с особым режимом обладают рядом уникальных характеристик, которые отличают их от обычных административных единиц. Различные ученые, включая отечественных, предлагают определения этого понятия, отражающие разнообразные аспекты таких территорий.

Один из российских ученых в области права, профессор Алексей Автономов, определяет территории с особым режимом как географические территории, на которых устанавливаются особые нормы права с целью разрешения определенных социально-экономических, национальных или культурных вопросов.

Международный ученый Дэвид Браун, специализирующийся на территориальном управлении, определяет территории с особым режимом как регионы, которые обладают определенной степенью автономии и могут принимать решения в ключевых областях, таких как экономика, образование и культура, отличающиеся от решений, принимаемых на национальном уровне.

Еще один отечественный ученый, профессор Владимир Колосов, рассматривает территории с особым режимом с геополитической точки зрения и определяет их как регионы, имеющие значительное влияние на национальную безопасность и внешнеполитические интересы государства.

Современный российский юрист и ученый Олег Тихомиров в своих трудах характеризуют территории с особым режимом как территории, где осуществляется экспериментирование с законодательством в различных сферах, с целью повышения конкурентоспособности и адаптации к изменяющимся условиям.

Таким образом, определения территорий с особым режимом, предложенные различными учеными, отражают многогранность этого понятия и подчеркивают важность учета конкретного контекста при их регулировании и управлении.

Территории с особым режимом представляют собой определенные географические территории, на которых установлены особые правовые режимы, отличающиеся от общегосударственных. Они могут быть учреждены на основании конституционных норм, международных договоров или специальных законов и могут иметь различную степень автономии в зависимости от целей и задач, которые они преследуют.

Территории с особым режимом можно классифицировать по различным критериям, выделим следующие из них:

• Автономные территории - обладают определенной степенью политической и административной самостоятельности. Обычно учреждаются для урегулирования вопросов национальных меньшинств или индигенных народов.
• Специальные экономические территории - создаются с целью стимулирования экономического развития через привлечение иностранных инвестиций и технологий, предоставляя льготы и преференции для бизнеса.
• Свободные территории - обладают особыми таможенными режимами, направленными на упрощение торговли и логистики.

Территории с особым режимом играют значимую роль в асимметрии территориального устройства государства. Они служат инструментами для решения специфических задач, таких как защита прав национальных меньшинств, стимулирование экономического развития или упрощение торговых процессов. Однако важно подходить к их созданию с должной осторожностью, учитывая возможные риски для территориальной целостности и суверенитета государства. Таким образом, необходимо обеспечивать сбалансированное сочетание федеративных и децентрализованных подходов в управлении территориями с особым режимом, исходя из конституционных принципов и международно-правовых обязательств государства^[19].

Асимметрия территориального устройства государства находит свое отражение в наличии в составе страны территорий с особым правовым режимом. К таким территориям относятся различные по статусу, порядку управления и функционирования образования.

В юридической литературе нет единого подхода к определению понятия «территория с особым режимом». Ряд авторов трактуют его достаточно широко как часть территории страны, на которую распространяется особый правовой режим и которая имеет специфическую систему управления.

Другие исследователи считают, что к территориям с особым режимом следует относить только те образования, которые имеют определенный статус, закрепленный на законодательном уровне.

На наш взгляд, наиболее обоснованной представляется следующая дефиниция: территории с особым режимом — это части территории страны, которым законодательно предоставлен особый правовой статус и режим функционирования, отличающийся от общеустановленного.

По признаку целевого назначения можно выделить несколько основных разновидностей территорий с особым режимом:

• Свободные экономические зоны - создаются для активизации экономики, привлечения инвестиций (например, ОЭЗ в России);
• Закрытые административно-территориальные образования - города с режимом секретности, научные центры;
• Рекреационные зоны - курортно-туристические, природоохранные территории;
• Зоны экологического бедствия;
• Межгосударственные территории с особым режимом - свободные трансграничные зоны.

Территории с особым режимом характерны как для унитарных, так и для федеративных государств. В России к ним относятся закрытые административно-территориальные образования, ОЭЗ, Куршская коса, заповедники и др. Наличие таких территорий отражает асимметрию в территориальном устройстве страны.

Кроме того, следует отметить, что при регулировании территорий с особым режимом важно соблюдать принципы верховенства права и прав человека. Эти территории не должны становиться пространствами, где ущемляются основные свободы и права граждан.

Также важна прозрачность и открытость управления на территориях с особым режимом. Для этого могут быть разработаны механизмы гражданского контроля и участия населения в принятии решений, которые касаются их жизни и благосостояния.

Дополнительное внимание заслуживает аспект международного сотрудничества. Государства могут обмениваться опытом и знаниями в области регулирования территорий с особым режимом, устанавливать партнерские связи и реализовывать совместные проекты.

В заключение хочется подчеркнуть, что территории с особым режимом представляют собой сложный и многогранный институт, требующий тщательного анализа и комплексного подхода. При их регулировании необходимо учитывать ряд факторов, включая историко-культурные, социально-экономические и политико-правовые аспекты. Только грамотное и ответственное применение территорий с особым режимом может способствовать достижению целей устойчивого развития, социальной гармонии и укрепления государственного суверенитета.

Автономные территории представляют собой один из видов территорий с особым режимом. Особенностью автономных территорий является наличие определенной степени самоуправления внутри более крупного государственного образования. Рассмотрим более подробно характеристики и классификацию автономных территорий.

Характеристики:

• Самоуправление. Автономные территории обладают правом самостоятельно регулировать некоторые вопросы внутренней политики, такие как образование, культура, языковая политика, и, в некоторых случаях, экономика.
• Ограниченная суверенность. Хотя автономные территории имеют определенную степень независимости, они остаются частью государства и не имеют полной суверенности.
• Конституционное признание. Обычно автономия таких территорий закреплена в конституции или специальных законах государства.

Классификация:

• Территориальная автономия. В этом случае автономия предоставляется конкретной территории на основе географических критериев. Это наиболее распространенный вид автономии и может быть обусловлен историческими, культурными или экономическими особенностями региона. Примеры территориальных автономий включают автономные республики в Российской Федерации, такие как Татарстан или Башкортостан.
• Культурная или национальная автономия. Этот вид автономии предоставляется определенной этнической, языковой или культурной группе в пределах государства. Такая автономия может включать в себя право на сохранение и развитие собственного языка, культуры и традиций.
• Функциональная автономия. Этот тип автономии предполагает передачу определенных функций власти на региональный уровень. Такое делегирование может быть связано с необходимостью более гибкого и эффективного управления в определенных областях, таких как экономика, здравоохранение или образование.

Примеры в мировой практике:

• Автономные области Китая, такие как Тибет и Внутренняя Монголия.
• Автономные общины Испании, например, Каталония и Баскское автономное сообщество^[20].

Автономные территории являются важным инструментом для управления этническим, культурным и территориальным разнообразием внутри государства. Однако они также представляют определенные вызовы, такие как нахождение баланса между централизацией и децентрализацией, а также управление отношениями между автономными территориями и центральной властью.

Специальные экономические зоны (СЭЗ) – это еще один тип территорий с особым режимом, который призван обеспечивать асимметрию территориального устройства государства. Основная цель создания СЭЗ – это стимулирование экономического развития конкретной территории путем предоставления преимущественных условий для ведения бизнеса.

Характеристики СЭЗ:

• Предпочтительные условия. В СЭЗ устанавливаются упрощенные процедуры для предприятий, сниженные налоговые ставки, а также могут быть предоставлены льготы по таможенному оформлению товаров и услуг.
• Ограниченная территория. СЭЗ обычно создаются на ограниченной территории, которая имеет определенные географические границы.
• Целевое направление. Создание СЭЗ обычно направлено на развитие конкретных отраслей экономики, привлечение иностранных инвестиций, создание новых рабочих мест и т.д.

Виды СЭЗ:

• Промышленно-производственные СЭЗ создаются с целью развития определенных отраслей промышленности и производства.
• Технологические или инновационные СЭЗ направлены на развитие высокотехнологичных и инновационных отраслей.
• Туристические СЭЗ создаются для развития туризма и сферы услуг.
• Портовые или логистические СЭЗ часто создаются вокруг морских или речных портов, аэропортов и других транспортных узлов с целью развития логистики и внешнеторгового оборота.

Примеры СЭЗ в мировой практике:

• СЭЗ Шеньчжень в Китае, которая была одной из первых СЭЗ в этой стране и способствовала быстрому экономическому росту города.
• СЭЗ Дубай в Объединенных Арабских Эмиратах, которые привлекают множество иностранных компаний и способствуют развитию местной экономики.

–СЭЗ в Индии, такие как СЭЗ в Нави Мумбае, которые способствуют привлечению иностранных инвестиций и созданию рабочих мест.

Важность Специальных экономических территорий состоит в том, что они могут способствовать региональному развитию, привлечению инвестиций и технологическому обновлению. Однако, также необходимо учитывать возможные риски, такие как неравномерное развитие различных регионов и социальные последствия, связанные с концентрацией бизнеса в определенных территориях.

Свободные территории представляют собой еще один аспект асимметрии территориального устройства государства. Такие территории обладают определенной степенью автономии и особым режимом, что позволяет им функционировать с большей гибкостью по сравнению с остальной частью страны.

Особенности свободных территорий:

• Экономическая свобода. Свободные территории обычно характеризуются более свободным экономическим режимом, который может включать в себя снижение налогов, льготы для предприятий и упрощение таможенных процедур.
• Политическая автономия. В некоторых случаях свободные территории могут иметь и политическую автономию, что предоставляет им возможность самостоятельного принятия решений в определенных сферах управления.

Виды свободных территорий:

• Свободные торговые территории (СТЗ). Это территории, на которых устанавливаются специальные условия для ведения торговли. Как правило, это включает в себя упрощенные таможенные процедуры и снижение налогов на импорт и экспорт товаров.
• Свободные экономические территории (СЭЗ). Хотя термин "СЭЗ" часто используется в качестве синонима "Свободные территории", некоторые ученые считают, что СЭЗ имеют более широкий характер, включая в себя не только торговлю, но и производство, услуги, и т.д.
• Свободные города — это города или муниципалитеты, которые имеют особый статус и определенную степень автономии в экономических и, возможно, политических вопросах.

Примеры свободных территорий в мировой практике:

• Гонконг. После передачи суверенитета над Гонконгом Китаю в 1997 году, он стал специальным административным районом с высокой степенью автономии, сохранив свой свободный экономический режим.
• Свободный город Гданьск (исторический пример). В межвоенный период (1920-1939) Гданьск имел статус свободного города под защитой Лиги Наций^[21].

В заключение, можно сказать, что свободные территории, будучи одним из проявлений асимметрии территориального устройства государства, могут способствовать экономическому развитию и международной торговле, но также могут иметь и свои сложности, включая необходимость сбалансированного подхода к управлению и определению их правового статуса.

1.4. Виды территорий с особым статусом: опыт зарубежных стран: особенности и разнообразие (мировой опыт)

В зарубежных странах накоплен обширный и разнообразный опыт формирования территорий с особым правовым статусом. Это обусловлено стремлением государств учитывать уникальные особенности и потребности некоторых регионов путем предоставления им специальных условий функционирования.

В западных федерациях, таких как Канада, Германия, Австрия, существуют территории со специальным конституционно-правовым статусом. К примеру, в Канаде это Северо-Западные территории, Нунавут, Юкон; в Германии - города Берлин, Гамбург и Бремен. Такие субъекты наделяются особыми полномочиями и ресурсами.

Широко распространены офшорные зоны - территории с льготным налогообложением для привлечения иностранного капитала (Багамы, Бермуды, Гернси). Ряд стран использует приграничные экономические зоны для развития приграничной торговли и сотрудничества (МЕКОНГ во Вьетнаме).

Определенный интерес представляет опыт Китая по созданию специальных административных районов Гонконг и Макао, интегрированных в страну на основе принципа "одна страна - две системы". Этот подход позволяет эффективно решать задачу объединения территорий с существенными различиями в укладе жизни населения и системе управления.

Нередко территории со специальным статусом создаются в рамках мирного урегулирования этнополитических конфликтов путем предоставления автономии. Примером могут служить Синьцзян-Уйгурский автономный район в Китае, Курдистан в Ираке.

Таким образом, мировой опыт демонстрирует огромное разнообразие территорий с особым статусом, позволяющих гибко учитывать региональную специфику в рамках общегосударственного единства. Изучение этого опыта полезно для развития российской государственности.

Специализированные территории с особым правовым режимом имеют давнюю историю, однако их активное развитие началось во второй половине XX века. Первая таможенная зона была создана в Гибралтаре еще в XIX столетии. Главные цели учреждения таких зон - стимулирование инвестиций, расширение валютных поступлений, поддержка бизнеса, ускорение социально-экономического прогресса и создание благоприятных условий для населения.

Наибольшее количество особых экономических зон действует на территории США. В целом их можно разделить на три категории: зоны внешней торговли, деловые центры и технопарки. Географически зоны внешней торговли располагаются в пределах США, особенно в портах въезда, однако с юридической точки зрения находятся за пределами национальной таможенной территории.

Внутри этих регионов устанавливается специфический преференциальный режим:

• Иностранные или американские товары, ввозимые на территорию Российской Федерации, освобождаются от обязательств в соответствии с таможенным законодательством США.
• Для импортеров предусмотрена опция выбора сниженной тарифной ставки для таможенных сборов, применимой как к товарам, приобретенным в пределах данной территории, так и к иностранным компонентам.
• Организация, осуществляющая таможенный контроль в США, имеет право не включать в налогооблагаемую стоимость товаров некоторые затраты производителя. Речь идет о расходах на оплату труда американских рабочих, косвенных издержках, стоимости оказанных услуг и части прибыли. Это касается товаров, произведенных в рамках Таможенного союза на территории США с использованием американского или импортного сырья.

Особые экономические зоны — это выделенные территории, где действует система льгот для стимулирования малого и среднего бизнеса. Такие территории создаются в экономически проблемных регионах страны.

Основное внимание уделяется решению внутренних экономических проблем путем максимального использования местных ресурсов, трудовых ресурсов и значительных финансовых выгод, включая:

• Снижение налогов на строительство и реконструкцию на 5%.
• Налоговые льготы для предприятий за каждого дополнительного сотрудника.
• Отмена налога на прирост капитала.
• Снижение налога на прибыль корпораций на 50% (применимо к штату Коннектикут).

Третья категория территорий, действующих в особом режиме, относится к технопаркам. Эти парки представляют собой объединение научных лабораторий и производственных мощностей, сосредоточенных на единой территории, с целью содействия развитию научных и технологических инноваций. В Соединенных Штатах существуют два основных типа технопарков: те, которые создаются по инициативе частных лиц, и те, которые создаются по инициативе правительства.

Китай служит еще одним примечательным примером страны, активно использующей стратегию территориального развития с помощью специализированных режимов. В Китае существует пять различных типов режимов территориального развития:

• Особые экономические зоны (ОЭЗ)
• Территории технического и экономического развития государственного уровня
• Территории с акцентом на новые и передовые технологии
• Зоны свободной торговли
• Территории государственного уровня для трансграничного экономического сотрудничества

Создание Особых экономических зон (ОЭЗ) в 1980-х годах ознаменовало собой поворотный момент в развитии, с основным акцентом на производство машин, фармацевтических препаратов, медицинского оборудования и биотехнологий. ОЭЗ предоставляют своим предприятиям преференциальный режим, включающий:

• Отдельный механизм валютного контроля
• Упрощенную систему регистрации предприятий для иностранных инвестиций
• Налоговые льготы, включая льготы по налогу на прибыль
• Льготы по налогу на добавленную стоимость (НДС)
• Льготы по таможенным пошлинам^[22].

Характерной особенностью Специальных Экономических Зон Китая (СЭЗ) является тщательно продуманная стратегия восстановления налоговых обязательств резидентов. Механизмы, внедряемые в СЭЗ и подобных регионах, не предусматривают постоянного освобождения резидентов от различных налогов. Вместо этого их главная цель заключается в привлечении инвесторов для обеспечения социально-экономического развития региона, поощрении создания устойчивых предприятий и стимулировании роста в наиболее значимых и перспективных секторах экономики региона. Соответственно как иностранное, так и российское законодательство, регулирующее деятельность территорий с особыми режимами, предусматривает поэтапное сокращение налоговых льгот для резидентов после определенного периода времени^[23].

В Китае данный механизм осуществляется посредством многоступенчатого подхода. В ряде регионов предусмотрено освобождение резидентов от уплаты подоходного налога на протяжении первых 5 лет их предпринимательской деятельности, а затем снижение налоговой ставки на 50% в течение последующих 3 лет. В перспективе не исключается возможность увеличения налоговых платежей до 75% от общей суммы начисленных налогов или даже полного их освобождения.

В Китае существует разветвленная система территорий с особым экономическим статусом, которая регулируется следующими основными нормативно-правовыми актами:

• Закон КНР "О совместных предприятиях" 1979 года - определил правовые основы создания совместных предприятий с иностранным капиталом.
• Закон КНР "О китайско-иностранных договорных совместных предприятиях" 1988 года - расширил формы привлечения иностранных инвестиций.
• Постановление Госсовета КНР "О создании специальных экономических зон Шэньчжэня, Чжухая, Шаньтоу, Сямэня" 1980 года - определило статус первых особых экономических зон.
• Закон КНР "О технико-экономических зонах развития" 1984 года - правовая база для создания НТЗ.
• Положение о районе высоких и новых технологий г. Чжунгуаньцунь 1991 года - основа для китайской "Силиконовой долины".
• Закон КНР "Об управлении особыми экономическими зонами" 2002 года - ключевой сводный закон, регламентирующий управление различными ОЭЗ.
• Закон КНР "Об острове Хайнань" 2020 года - придал острову Хайнань статус свободной торговой зоны.

В Китае наблюдается позитивная динамика функционирования специализированных режимов, привлекающая иностранные инвестиции. Этот тренд охватывает не только формирование иностранных юридических структур на данных конкретных территориях (регионах), но также широкое распространение совместных предприятий.

Кроме того, становится неотъемлемым изучение механизма, обеспечивающего предприятия, расположенные в специализированных районах Китая, трудовыми ресурсами. Квалифицированные специалисты проходят специализированную подготовку в учебных учреждениях, сотрудничающих с Особыми Экономическими Зонами (ОЭЗ). Тем не менее, имеется частичная нехватка квалифицированного персонала для удовлетворения спроса. Подобная проблема также актуальна для России и требует комплексного решения, включающего в себя развитие государственно-частного партнерства и внедрение правительственных инициатив, направленных на образование и профессиональную подготовку необходимых специалистов в отечественных образовательных учреждениях.

Более того, внедрение современных экологических норм и их строгое соблюдение путем надлежащего контроля могут оказать положительное влияние на эффективность специализированных бизнес-режимов в России. Исследования, проведенные в Китае, указывают на то, что такие подходы позволяют снизить расходы, связанные с ликвидацией последствий экологического загрязнения, и способствуют улучшению производственных процессов, особенно для предприятий, зависящих от высококачественных природных ресурсов.

Соблюдение экологических стандартов способствует повышению конкурентоспособности продукции на мировом рынке и привлекает внимание иностранных инвесторов, что в свою очередь может увеличить доходность данных регионов. В конечном итоге, это положительно сказывается на национальной экономике.

Формирование территорий технического и экономического развития началось в 1984 году с первоочередной задачей привлечения инвестиций. Основное внимание в данных зонах уделяется производству экспортных товаров и внедрению передовых технологий. Налоговая система в данных регионах аналогична системе свободных экономических зон.

Территории новых и высоких технологий имеют схожие черты СЭЗ, но более узко специализированы в научных, технических и промышленных сферах, часто ограниченных определенными секторами.

Свободные таможенные территории, также известные как бондед-территории, представляют собой регионы с особыми таможенными правилами. К основным их преимуществам относится отсутствие лицензий на импорт и экспорт, а также освобождение от уплаты таможенных пошлин для определенных товаров и услуг.

В Китае специальные административные районы, такие как Гонконг и Макао, представляют уникальные примеры автономии, основанные на принципе "одна страна, две системы". Этот принцип позволяет Гонконгу и Макао поддерживать собственные правовые системы, валюты и политику в области иммиграции, отдельные от материкового Китая, несмотря на их подчиненность центральному правительству в вопросах обороны и международных отношений^[24].

В частности, в Китае в настоящее время действует 14 государственных территорий международного экономического сотрудничества. Они расположены в приграничных районах и ориентированы на развитие трансграничных экономических связей с соседними странами. Основная цель создания таких территорий - стимулирование экономики приграничных регионов Китая. Для этого используется узкая специализация предприятий данных территорий на производстве и переработке сельхозпродукции для последующего экспорта. Кроме того, жителям этих территорий предоставляются налоговые льготы в виде пониженной ставки подоходного налога в размере 24%. Это также стимулирует экономическую активность в приграничных районах.

В то же время в Южной Корее применяются различные модели специальных экономических зон. В частности, действуют зоны свободной торговли, свободные экономические зоны, зоны для иностранных инвестиций, таможенно-беспошлинные зоны и специализированные промышленные комплексы. Главная цель создания таких зон - привлечь иностранный капитал в страну путем предоставления инвесторам различных налоговых и таможенных льгот.

Таким образом, в Китае и Корее активно используется практика создания специальных экономических зон для решения задач регионального развития и стимулирования инвестиционной активности.

В Южной Корее нормативно-правовая база регулирования территорий с особым статусом включает следующие основные законы и положения:

• Закон "О создании свободной экономической зоны" 2003 года - определил правовые основы для создания свободных экономических зон Инчхон, Бусан, Гванъян.
• Закон "О создании зон свободной торговли" 2002 года - позволил создавать СЭЗ на отдельных территориях страны.
• Закон "О зонах иностранных инвестиций" 1998 года - регулирует создание специальных зон для иностранных инвестиций.
• Закон "Об особом режиме в провинции Чеджудо" 2006 года - определил льготный режим для острова Чеджудо.
• Закон "О создании зон экономического содействия" 2008 года - регламентирует особые условия в промышленных зонах развития.
• Положение "О создании научно-технических зон развития высоких технологий" 2015 года - основа для технопарков.
• Положение о свободном экономическом районе в порту Бусан, Улсан и другие нормативные акты.

Таким образом, в Южной Корее сформирована разветвленная система льготных экономических зон, регулируемых отдельными законами и положениями.

В частности, в Зоне свободной торговли основное внимание уделяется производству товаров на экспорт и развитию торговли. Для стимулирования экономической активности жителям предоставляется ряд налоговых льгот, таких как освобождение от налогов на сырье, льготы по налогу на недвижимость, на прибыль и другие.

Свободные экономические зоны создаются с целью привлечения иностранных инвестиций и формирования финансовых и логистических хабов. В Корее функционирует три таких крупные зоны - Инчхон, Азиатская и Кванъян.

Другой тип - зоны привлечения иностранного капитала под конкретные бизнес-проекты. Компании в этих зонах пользуются налоговыми и таможенными льготами.

Зоны свободной торговли созданы для упрощения экспортно-импортных операций в аэропортах и портах.

Промышленные комплексы призваны стимулировать развитие приоритетных отраслей экономики.

Таким образом, зарубежные страны активно используют специальные экономические зоны для решения задач регионального и отраслевого развития. Этот опыт важно учитывать и России.

В мировой практике развития специализированных территорий можно выявить две наиболее распространенные ошибки:

• Неудачное месторасположение территории, характеризующееся транспортными проблемами и недостаточной инфраструктурой, что требует значительных инвестиций.
• Недостаточное взаимодействие между управляющими органами специализированной территории и уполномоченными государственными органами, а также недостаток прозрачности в механизме управления территорией. Примером эффективного управления служит опыт Малайзии, где была разработана модель, способствующая успешной интеграции свободных зон в национальные программы. Во многих азиатских странах, включая Малайзию, Сингапур и Южную Корею, была установлена и поддерживается гибкая система инвестиций, направленная на максимизацию интересов как жителей, так и государства^[25].

Во-первых,Во -первых стоит иметь, что воздействие на экономику, происходящее вследствие функционирования льготных условий, может порождать неблагоприятные последствия. Применение стратегии "ожидания", пока территория не начнет давать результаты, также может оказаться неэффективным, как и полное отмена режима (или отдельных территорий). Подход должен быть сбалансированным, и конкретные управленческие решения должны быть обоснованы на основе экономического проспективного и ретроспективного анализа, в сочетании с альтернативными сценариями развития.

Во-вторых, одним из преимуществ, связанных с интеграцией специализированных бизнес-режимов в национальную экономику, является их положительное воздействие на региональную экономическую динамику. Влияние обусловлено и демонстрационными, и образовательными эффектами, такими как использование специализированного оборудования или внедрение новых технологий, которые первоначально тестируются в данных регионах, а затем применяются в других предприятиях.

При оценке эффективности данной экономической территории следует также учитывать ее конкурентоспособность среди подобных территорий мирового уровня. Этот аспект имеет существенное влияние на объем и качество иностранных инвестиций в национальные особые экономические зоны (ОЭЗ).

В-четвертых, позитивный зарубежный опыт подтверждает, что совокупность льгот и преимуществ должна соответствовать конкретной категории специализированной территории, ее целям создания, определяемым прозрачностью и устойчивостью налоговой системы и обеспечением гарантий ее жителям (участникам).

Таким образом, можно сделать следующие выводы о том, какие функционируют территории с особым правовым статусом в международной практике:

• Свободные экономические зоны - специальные зоны в пределах страны, где действует особый более либеральный режим предпринимательской и инвестиционной деятельности. Распространены в Китае, ОАЭ, Сингапуре, Панаме и др.
• Офшорные зоны - зоны с льготным налогообложением и ослабленным финансовым регулированием для привлечения иностранного капитала. Есть на Британских Виргинских островах, в Швейцарии, Сингапуре.
• Специальные административные районы - территории внутри стран с особым правовым статусом и формой управления. Пример - Гонконг в Китае.
• Зоны игорного бизнеса - территории, где разрешены и регулируются азартные игры и казино. Например, Лас-Вегас в США, Макао в Китае.
• Научно-технические зоны - зоны для развития инновационных отраслей. Существуют в Китае, Южной Корее, России.
• Туристические зоны - территории с льготами для развития туризма, отдыха, развлечений. Популярны в странах Карибского бассейна.

Такие территории создают для стимулирования определённых секторов экономики и притока инвестиций. Но важно сбалансировать режим их функционирования с общенациональными интересами.

ГЛАВА II. ТЕРРИТОРИИ С ОСОБЫМ ПРАВОВЫМ СТАТУСОМ В РОССИИ КАК КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ ИНСТИТУТ

2.1. История становления и основные элементы статуса территорий с особым правовым статусом как конституционно-правового института в Российской Федерации

Историческая траектория возникновения и распространения первых территорий с особым правовым статусом в мировом масштабе берет свое начало в XVI веке. Хронологически генезис этих зон был локализован в пределах Европы, в XIX веке они распространились в Азии и Африке, в 1930-х годах получили распространение в Америке, а к 1980-м годам достигли региона Океании.

Если торговые зоны нашли свое концептуальное воплощение в европейском контексте, то экспортно-производственные зоны возникли в Азии, а затем распространили свои принципы на Северную Америку и Великобританию. Зарождение технических и внедренческих зон можно проследить на примере административной практики США, а последующее уточнение и развитие этих концепций происходило как в европейском, так и в азиатском контекстах.

В более широком смысле распространение территорий с особым правовым статусом шло по траектории, которая переходила от развитых стран к их развивающимся аналогам, а впоследствии распространилась и на социалистические государства. Это развитие по временным и геополитическим измерениям проходило длительную фазу созревания и трансформации, превращаясь в более сложные итерации, при этом соблюдая принципы либерализации, промышленной политики, ориентированной на экспорт, и регулирования^[26].

Самые ранние формы территорий со специальным правовым статусом берут свое начало в автономных городских центрах, таких как Ватикан, и независимых ганзейских портовых городах, расположенных вдоль Северного и Балтийского морей. В этот список входят такие известные города, как Гамбург, Любек, Бремен, Копенгаген и Кенигсберг, которые начали свое развитие еще в 1241 году.

Одновременно в исторических документах вводится понятие "свободных портов". Примечательными среди них являются греческий порт Делос и порт Лейхорн, последний из которых является одним из первых свободных портов в мире. В Англии в XII-XIV веках порты-поглотители появились в графствах Кент и Сассекс. Они охватывали такие поселения, как Нью-Ромни, Хит, Довер, Сэндвич и Гастингс, внося значительный вклад в развитие этих специализированных зон. Более того, Венеция и Марсель вступили на этот путь в 1228 году, превратившись в признанные зоны свободной торговли.

После окончания Второй мировой войны различные страны мира приступили к активным действиям по созданию и расширению таких зон. Первоначально задуманные как экспортно-производственные, они впоследствии были диверсифицированы в технико-внедренческие зоны, а также трансграничные свободные экономические зоны (СЭЗ), заметное развитие которых началось в конце 1970-х годов.

В более широкой перспективе СЭЗ в настоящее время находятся на разных этапах развития.

Первые попытки создания на территории России регионов с особыми экономическими и правовыми параметрами берут свое начало еще в эпоху Советского Союза. В этот период формировались организационные структуры, напоминающие современные особые экономические зоны (ОЭЗ).

На этом историческом фоне 14 июля 1990 г. Верховным Советом Российской Советской Федеративной Социалистической Республики (РСФСР) были приняты два постановления под номерами № 106-1 и 13 сентября 1990 г. с одинаковым названием: "О создании анклавов свободного предпринимательства". В этих официальных документах Зеленоградский, Ленинградский, Выборгский, Алтайский и Приморский края, наряду с Кемеровской, Новгородской, Калининградской, Сахалинской, Читинской областями и Еврейской автономной областью, были официально обозначены как регионы, предназначенные для создания зон свободного предпринимательства.

Одновременно были предприняты усилия по реализации примерно 60 аналогичных инициатив. Тем не менее, крайне важно подчеркнуть, что эти амбициозные прогнозы не оправдались в желаемой степени. Несмотря на целенаправленные усилия, большинству предложенных зон не удалось привлечь существенного интереса ни со стороны иностранных инвесторов, ни со стороны отечественных предприятий^[27].

Проведя комплексную оценку, исследователи подчеркнули, что в начале 1990-х годов общее состояние территорий, наделенных уникальными экономическими и правовыми характеристиками, характеризовалось несколькими характерными особенностями. Это и отсутствие целостной долгосрочной стратегической концепции, определяющей цели и задачи регионов, и недостаточная проработанность законодательной базы, регулирующей их деятельность, и отсутствие координации усилий между региональными образованиями и центральными органами власти, и случаи, когда региональные власти стремились расширить свою автономию за счет создания экономических зон.

Для решения некоторых вопросов, связанных с созданием специализированных экономических зон, были сформулированы нормативные положения в рамках Закона РСФСР № 1545-1 от 4 июля 1991 г. "Об иностранных инвестициях в РСФСР". В представленном нормативном акте имеется явное утверждение о прямой обусловленности учреждения свободных экономических зон в пределах Российской Советской Федеративной Социалистической Республики (далее - РСФСР) императивами, включающими, в свою очередь, следующие составляющие:

• привлечение иностранного капитала;
• внедрение передовых зарубежных технологий и оборудования;
• накопление управленческого опыта;
• расширение экспортных возможностей РСФСР.

В рамках данной правовой основы была внедрена система преференциального режима в области экономической деятельности, ориентированного, в первую очередь, на привлечение иностранных инвесторов и компаний с иностранными инвестициями.

После распада Советского Союза законодательные нормы и предписания, завещанные Российской Советской Федеративной Социалистической Республикой (РСФСР), продолжали действовать в пределах Российской Федерации. Однако отсутствие систематической эволюции в формулировании и управлении свободными экономическими зонами (ОЭЗ) привело к превращению этих ОЭЗ в загадочные и неадекватно управляемые домены, проявляющие заметное сходство с оффшорными юрисдикциями. В 1990-е годы эта эпоха стала свидетелем распространения ОЭЗ, в результате чего их число увеличилось до 24^[28].

Отсутствие комплексных разработок в области управления СЭЗ в сочетании с организационными недостатками привели к тому, что в качестве меры по привлечению иностранного капитала региональные власти были поспешно наделены полномочиями по созданию СЭЗ. Подобные действия, предпринятые в высших эшелонах государственной власти, невольно способствовали распространению офшорных структур. Такое положение объясняется, прежде всего, отсутствием нормативных положений, определяющих параметры функционирования СЭЗ, характеризующихся упрощенным налогообложением и уже существующей инфраструктурой, а также территориальной протяженностью. Кроме того, крайне важно отметить, что создание надежной транспортной, логистической и коммуникационной инфраструктуры требует значительных инвестиций, которые государство не в состоянии инициировать.

В то же время следует подчеркнуть, что в течение обозначенного периода отдельные свободные экономические зоны (СЭЗ), расположенные на острове Сахалин и в отдельных городских центрах, включая, но не ограничиваясь ими, Калининград, Находку и Магадан, преуспели в налаживании существенного двустороннего сотрудничества, активно привлекая иностранные капиталовложения.

В период с 2005 года по 2016 год существовала тридцать шесть специализированных экономических зон (СЭЗ), охватывающих тридцать один административный регион в пределах Российской Федерации. Вместе с тем, следует выделить, что в рамках данной структуры выявлены существенные недостатки, которые привлекли внимание как отечественных специалистов, так и зарубежных ученых.

Так, профессор Кари Люхто из Финляндии обратил внимание на неэффективность маркетинговой стратегии, применяемой администраторами российских СЭЗ. Он с высокой степенью точности подчеркнул ограниченную эффективность данной стратегии на внутреннем рынке и ее практически незначительное влияние на внешних рынках.

В подтверждение этих выводов правительство РФ инициировало меры регулирования, которые привели к досрочному прекращению деятельности 10 ОЭЗ в период с 2010 по 2016 год^[29].

Недостаточная эффективность особых экономических зон (ОЭЗ) по сравнению с получаемыми ими финансовыми ассигнованиями потребовала осуществления ряда корректирующих мер. Примечательно, что в рамках налогового законодательства были внесены изменения. Показательным примером является вступление в силу с 27 ноября 2017 года Федерального закона № 348-ФЗ, которым внесены изменения в статью 284 части второй Налогового кодекса Российской Федерации. Этот законодательный акт устанавливает точную ставку налога на прибыль, полученную в ОЭЗ, и налагает обязательство перечислять 2% в национальную казну.

На сегодняшний день, в Российской Федерации существует несколько видов территорий с особым правовым статусом. Вот основные элементы статуса таких территорий:

• особый режим экономической деятельности: многие территории с особым правовым статусом, такие как особые экономические зоны (ОЭЗ), предоставляют различные льготы и преференции для предпринимателей и инвесторов. Это может включать налоговые льготы, особые правила для внешнеэкономической деятельности и упрощенные процедуры регистрации предприятий.
• автономия в управлении: некоторые территории, такие как республики, имеют автономию в управлении в рамках Российской Федерации. Это может включать в себя право на собственное законодательство, управление финансами и другие аспекты.
• особые положения по культурным и национальным вопросам: территории, на которых проживают национальные меньшинства, могут иметь особые положения по сохранению и развитию своей культуры и традиций. Это может включать в себя обеспечение образования на родном языке и особые меры по сохранению этнического и культурного наследия.
• специфические административные органы: на территориях с особым правовым статусом могут существовать специальные административные органы, которые осуществляют управление и принимают решения, соответствующие особенностям данной территории.
• регулирование миграции: на некоторых территориях с особым статусом могут действовать специальные правила по миграции и въезде иностранных граждан.
• особые социально-экономические программы: в некоторых случаях, чтобы стимулировать развитие территорий с особым правовым статусом, могут реализовываться специальные программы по инфраструктурному развитию, образованию и здравоохранению.
• сотрудничество с международными партнерами: на территориях, граничащих с другими странами, могут действовать международные соглашения и договоры о сотрудничестве и торговле, что может сделать их статус ещё более специфическим.

Эти элементы могут различаться в зависимости от конкретного типа территории с особым правовым статусом в Российской Федерации.

Таким образом, история становления института территорий с особым правовым статусом в России может быть представлена следующим образом:

• В 1990-е годы в России начали создаваться первые особые экономические зоны, такие как Находкинская ОЭЗ, зоны экономического благоприятствования в Калининградской области.
• В 1999 году принят Федеральный закон No16-ФЗ "Об особой экономической зоне в Калининградской области".
• В 2005 году принят Федеральный закон No116-ФЗ "Об особых экономических зонах", который установил единое правовое регулирование ОЭЗ.
• В 2007 году внесены поправки в Налоговый кодекс, предоставившие налоговые льготы для резидентов ОЭЗ.
• В 2008 году утверждены Федеральные законы об ОЭЗ в Санкт-Петербурге, Зеленограде, Дубне и др.
• В 2014 году принят Федеральный закон о создании территорий опережающего развития на Дальнем Востоке.
• В 2016 внесены поправки в Бюджетный кодекс, расширившие полномочия ОЭЗ по налоговым льготам.
• В 2022 принят закон о создании особого режима на Курилах^[30].

Таким образом исследование генезиса территорий, наделенных особым правовым статусом, позволяет выделить несколько эволюционных фаз, символизирующих их институциональное развитие в пределах Российской федерации. В современную эпоху продолжается непрерывный процесс реконфигурации регионов, наделенных уникальными правовыми различиями, в первую очередь направленный на то, чтобы использовать этот механизм в качестве средства стимулирования экономического и технологического прогресса, способствуя тем самым эволюции социально-экономической структуры.

2.2. Территории с особым правовым статусом в России и зарубежных странах: сравнительно-правовой анализ

Мировая практика создания специализированных экономических зон пользуется широкой известностью, выступая в качестве распространенного инструмента стимулирования территориального развития. В настоящее время процессом создания этих экономических зон управляют два основных подхода: методологии "сверху вниз" и "снизу вверх". Первый предполагает создание зон за счет государственного спонсорства и инициативы, как на примере Тайваня, Республики Корея и Индии, или за счет стимулирования государственных корпораций, как это наблюдается в случаях Великобритании, Латинской Америки, Южной и Восточной Азии. В отличие от этого, последний подход охватывает зоны с различными структурами собственности, в которых процесс подачи заявки на создание особой экономической зоны остается единственным необходимым условием - парадигма, продемонстрированная опытом Канады, Западной Европы и Соединенных Штатов. В качестве альтернативы, в некоторых случаях утверждение технико-экономического обоснования государственными органами становится обязательным шагом, о чем свидетельствует практика Турции и Аргентины^[31].

На территориях Северной Америки и Азии аккумулирован значительный резерв опыта, связанный с формированием особых зон в границах находящихся под различными юридическими режимами территорий. В контексте территорий, выделенных особыми правовыми статусами, понятие Особых Экономических Зон (в дальнейшем ОЭЗ) выдвигается на передний план, становясь универсальным инструментом в глобальной картине стратегий развития. ОЭЗ представляют собой географически ограниченные участки, где власти различных государств стремятся активизировать промышленную активность, предоставляя льготы в сфере налогообложения, регуляторного контроля и инфраструктурную поддержку. Широкое распространение ОЭЗ отмечается во множестве развивающихся и большом числе развитых стран.

ОЭЗ носят разнообразные наименования и имеют разные формы и масштабы. Однако их общей чертой является установление регулятивной среды для предприятий и инвесторов, отличающейся от той, которая действует в национальной или субнациональной экономической системе страны в целом.

Классификация специальных экономических зон включает в себя различные варианты свободных зон, которые в основном действуют как независимые таможенные территории. Мировое распространение свободных экономических зон получило существенный импульс после принятия Киотской конвенции в 1973 году, что стало важным событием, определяющим свободные зоны как зоны внешней торговли, где товары рассматриваются как выходящие за пределы компетенции таможенных властей. В дополнение к освобождению от таможенных пошлин и налогов, большинство из этих зон предоставляют налоговые преимущества, упрощенные процедуры в отношении выделения земельных участков и использования рабочей силы, легализацию разрешений и лицензий, а также административное облегчение. Ценно заметить, что важной характеристикой ОЭЗ является комплексная инфраструктурная поддержка, что имеет особое значение, особенно в развивающихся странах, где базовая инфраструктура для предприятий вне этих зон может быть слаборазвитой или полностью отсутствовать.

В связи с данными стимулами, охватывающими таможенные, налоговые и административные аспекты, а также предусматривающими соответствующие меры поддержки бизнеса и инвестиции в инфраструктуру, ожидается, что правительство будет стимулировать инвесторов, функционирующих в ОЭЗ, к созданию новых рабочих мест, расширению экспортных операций, диверсификации экономической структуры и развитию ее потенциала.

Применение особых экономических зон (ОЭЗ) распространено в более чем 140 странах по всему миру, охватывая почти три четверти развивающихся стран и практически все страны с переходной экономикой.

Последние годы стали свидетелями быстрого распространения этих зон, и по меньшей мере еще 500 в настоящее время находятся на различных стадиях развития. Большинство ОЭЗ придерживаются многогранного подхода, охватывающего различные виды деятельности в рамках своих областей. В частности, в странах с развитой экономикой, как правило, создаются отраслевые зоны и зоны, ориентированные на инновации, в то время как в развитых странах ОЭЗ преимущественно ориентированы на деятельность, ориентированную на логистику. Использование этих зон странами, находящимися на различных этапах индустриализации, выявляет заметную закономерность, характеризующую эволюцию ОЭЗ.

Создание особых экономических зон (ОЭЗ) в различных странах отражает различные экономические и политические цели, зависящие от стадии их развития. В развитых странах преобладающей характеристикой ОЭЗ является введение льгот по таможенным пошлинам. Их основная функция заключается в смягчении тарифных обязательств или предоставлении связанных с тарифами стимулов с уделением первостепенного внимания смягчению административных сложностей, присущих таможенным процедурам. И наоборот, в развивающихся странах ОЭЗ, как правило, служат инструментами, предназначенными в первую очередь для стимулирования, диверсификации и модернизации отраслей промышленности посредством привлечения прямых иностранных инвестиций (ПИИ).

Эмпирические данные показывают, что страны, сталкивающиеся с историческими трудностями в привлечении прямых иностранных инвестиций, проявляют повышенную склонность к реализации инициатив в области создания особых экономических зон. Исключение из этой тенденции отмечается в случае малых островных развивающихся государств, где ограниченность ресурсов сдерживает создание таких зон. Кроме того, ОЭЗ распространены в большинстве стран, характеризующихся низким уровнем экономического развития, а также в развивающихся странах, не имеющих выхода к морю, как показано в таблице 1. Примечательно, что почти все страны, переживающие переходный период в экономике, внедрили ОЭЗ, аналогичные модели, наблюдаемой в Китае, признавая их полезность для развития рыночной экономики и расширения участия в глобальной торговле.

Несмотря на глобальное распространение особых экономических зон (ОЭЗ), большинство из этих зон демонстрируют выраженную концентрацию в пределах избранной группы стран. Примечательно, что только в Китае расположено более половины ОЭЗ мира. Примечательно, что среди других стран, отличающихся значительным количеством ОЭЗ, особое место занимают Индия, Соединенные Штаты и Филиппины. Региональный анализ еще раз подчеркивает феномен концентрации ОЭЗ.

Экономическая активность в рамках ОЭЗ также демонстрирует определенную степень концентрации, при которой несколько крупных зон привлекают значительные инвестиции и вносят значительный вклад в общий объем экспорта. И наоборот, в пределах этого ландшафта сосуществуют многочисленные более мелкие зоны, часто характеризующиеся ограниченной активностью. Однако важно признать, что даже небольшое количество зон, часто всего одна или две, могут оказывать существенное влияние на показатели прямых иностранных инвестиций (ПИИ) в стране и показатели эффективности экспорта.

Таблица 1

Классификация стран мира в соответствии с уровнем развития экономики, имеющие на своей территории зоны, действующие в соответствии с режимом ОЭЗ (данные по состоянию на 2023 г.)

Модно сделать следующие выводы по данным таблицы:

• Большинство стран мира (129 из 198) имеют на своей территории только особые экономические зоны.
• 17 стран используют комбинированную модель ОЭЗ и "свободных точек".
• Только 1 страна применяет исключительно модель "свободных точек".
• Половина развитых экономик (12 из 28) не имеют ОЭЗ и "свободных точек".
• Больше всего ОЭЗ создано в развивающихся регионах - Африке, Азии, Латинской Америке.
• Страны с низким уровнем экономического развития активно используют ОЭЗ - 26 из 47 имеют такие зоны.
• Малые островные государства чаще прибегают к комбинированной модели ОЭЗ и "свободных точек".

Таким образом, ОЭЗ широко применяются развивающимися странами для стимулирования экономического роста и привлечения инвестиций. Развитые экономики реже используют такой инструмент.

В соответствии с различиями в экономическом развитии три отдельные группы стран демонстрируют сравнительно меньшую распространенность особых экономических зон. В большинстве развитых стран ОЭЗ явно отсутствуют, за исключением программ создания свободных зон. Эти страны известны своей благоприятной деловой средой, многие из которых предлагают альтернативные механизмы для облегчения международной торговли в рамках трансграничных цепочек поставок. Такие механизмы включают, среди прочего, системы оплаты по льготным тарифам и системы таможенного складирования.

Во-вторых, страны, сталкивающиеся с конкретными географическими ограничениями, особенно те, которые классифицируются как малые островные развивающиеся государства, сталкиваются с ограничениями в доступности ресурсов для создания ОЭЗ. Кроме того, географические особенности этих регионов часто делают развитие ориентированного на экспорт производства менее жизнеспособным.

В-третьих, страны, характеризующиеся недостаточными ресурсами или относительно слабым институциональным и управленческим потенциалом, как правило, сохраняют ограниченное присутствие ОЭЗ. Примечательно, что распространение ОЭЗ, созданных с целью привлечения прямых иностранных инвестиций (ПИИ) или получения адресной государственной поддержки, в некоторой степени смягчило эти присущие им ограничения^[32].

Эволюция особых экономических зон разворачивалась в виде последовательных волн в различных регионах мира. В каждой географической области наметилась заметная тенденция, характеризующаяся быстрым распространением инициатив по территориальному развитию. В Восточной и Юго-Восточной Азии большинство стран приступили к созданию ОЭЗ в 1970-х и начале 1980-х годов. И наоборот, в Латинской Америке внедрение программ ОЭЗ в основном происходило в конце 1980-х и на протяжении 1990-х годов. В 1990-х годах страны, переживающие переходный период в экономике, преимущественно использовали механизмы ОЭЗ. На Африканском континенте наблюдался сопоставимый всплеск принятия программ создания ОЭЗ, причем большинство инициатив сформировалось в 1990-х и 2000-х годах.

Волнообразное распространение программ ОЭЗ было обусловлено подражанием лучшим мировым практикам, относящимся к развитию свободных экономических зон, подкрепленным духом конкуренции. Ошеломляющий успех инициатив по созданию ОЭЗ в Восточной и Юго-Восточной Азии, стратегически интегрированных в стратегии развития, ориентированные на экспорт, послужил убедительной моделью для других регионов. Внутри этих регионов отдельные страны быстро внедрили концепцию программ создания процветающих ОЭЗ, как только они стали доступны, что породило динамику конкуренции между ними.

В контексте конкуренции между территориями за приток инвестиций особые экономические зоны могут рассматриваться как инструмент двойного назначения. Во-первых, они служат механизмом привлечения прямых иностранных инвестиций (ПИИ). Во-вторых, ОЭЗ функционируют как инструмент смягчения явления, часто характеризуемого как "гонка концессий" в пределах конкретных географических районов. Уместно признать, что изменения в преобладающем политическом климате существенно повлияли на эпизодическое распространение программ ОЭЗ. Это влияние особенно заметно в странах, ранее придерживавшихся плановых экономических систем. В таких условиях ОЭЗ сыграли важную роль в продвижении экономических экспериментов и содействии относительно быстрым реформам бизнеса.

Историческая траектория развития ОЭЗ, происходившая в различных условиях и временных контекстах, привела к отличительному распределению зон по регионам и типам. В основном, большинство ОЭЗ демонстрируют многогранный профиль, охватывающий различные категории экономической деятельности. Промышленные зоны в большей степени распространены в странах, переживающих переходный период в экономике, в то время как зоны, ориентированные на инновации, в основном расположены в наиболее развитых сегментах развивающихся азиатских рынков. В сфере развитых рынков преобладающий архетип ОЭЗ соответствует зонам свободной торговли, ориентированным исключительно на оптимизацию торговой логистики.

Всестороннее изучение мировой практики, касающейся создания территорий, наделенных отличительными правовыми обозначениями, позволяет выявить очевидную закономерность. Как правило, страны проявляют склонность к определенным категориям особых экономических зон (ОЭЗ) в зависимости от стадии их экономического развития (табл. 2). Новые участники программ создания ОЭЗ, примером которых может служить множество африканских стран, используют эти зоны для активизации производства, стимулирования индустриализации и расширения экспортной деятельности. И наоборот, страны с более зрелой экономикой используют ОЭЗ в качестве инструментов стимулирования модернизации промышленности. В случае стран, переживающих переходный период в экономике, существует ярко выраженный акцент на создании зон, ориентированных на развитие технологий.

Таблица 2

Сравнительный анализ мирового опыта создания территорий с особым правовым статусом

Рис. 1. Страны Азии с наибольшим количеством ОЭЗ, в процентах (данные по состоянию на 2019 г.)

На основании данных, представленных в таблице, можно сделать следующие основные выводы:

• Страны с разным уровнем экономического развития преследуют различные цели при создании специальных экономических зон.
• Высокоразвитые страны ориентированы на логистические и инновационные зоны без значительных налоговых льгот.
• Страны с доходом выше среднего стремятся привлечь высокотехнологичные отрасли и сферу услуг в специализированные зоны.
• Среднеразвитые государства сосредоточены на интеграции в глобальные цепочки добавленной стоимости через зоны для ключевых отраслей.
• Страны с низким уровнем дохода используют ОЭЗ для диверсификации экономики и проведения реформ, создавая многофункциональные зоны.
• Чем ниже уровень экономического развития, тем более масштабные налоговые льготы предоставляются в спецзонах.

Таким образом, подходы к созданию специальных экономических зон существенно различаются в зависимости от уровня развития страны.

Процесс эволюции ОЭЗ также отчетливо проявляется на внутреннем уровне стран, особенно среди стран-первопроходцев в первоначальной реализации программ ОЭЗ. Например, в азиатских странах с высоким уровнем дохода, таких как Республика Корея и Объединенные Арабские Эмираты, зоны, первоначально задуманные для привлечения ориентированного на экспорт производства, претерпели трансформационную траекторию, превратившись в предприятия, ориентированные на обслуживание, характеризующиеся вертикальной интеграцией. И наоборот, в Латинской Америке и Карибском бассейне зоны свободного экспорта (СЭЗ), в которых первоначально основное внимание уделялось складским и логистическим функциям, постепенно эволюционировали в сторону охвата производственной деятельности и сферы услуг.

Следовательно, во многих странах нет ничего необычного в одновременном культивировании нескольких типов зон. Например, в Бразилии действуют как зоны свободной торговли, так и свободные экономические зоны, с специальными "свободными точками", предназначенными для отдельных предприятий. Часто этот многогранный ландшафт является результатом внедрения новых моделей ОЭЗ, свидетельствующих о динамичных переходах внутри этих регионов^[33].

Таким образом особые экономические зоны широко распространены во множестве стран по всему миру. Примечательно, что значительная концентрация ОЭЗ наблюдается в таких странах, как Китай, Филиппины, Индия, Соединенные Штаты, Российская Федерация, Турция, Таиланд, Доминиканская Республика, Кения и Никарагуа. Стратегии, используемые странами при развитии ОЭЗ, различаются в соответствии с несколькими ключевыми переменными:

• Количество и физическая протяженность ОЭЗ в пределах их юрисдикции.
• Пространственное распределение ОЭЗ, либо сосредоточенных на конкретных территориях, либо интегрированных в более широкие рамки сотрудничества.
• Степень специализации, характеризующая отдельные ОЭЗ.
• Концептуализация ОЭЗ, будь то, как отдельных промышленных территорий или как интегрированных областей, охватывающих различные виды деятельности.

Заслуживающие внимания примеры включают амбициозные планы расширения ОЭЗ, стратегические инициативы, направленные на оживление неэффективных зон, и целенаправленные программы поэтапного отказа от ОЭЗ.

Таким образом, сравнительно-правовой анализ территории с особым правовым статусом в России и зарубежных странах дал следующие результаты:

• В РФ детально прописано законодательство по ОЭЗ, ТОРам и другим подобным территориям. А во многих зарубежных странах нет единого сводного закона, статус определяется отдельными нормативными актами.
• Российское законодательство чётко регламентирует налоговые льготы и преференции для таких территорий. За рубежом это может быть более гибким, с широкой автономией самих зон.
• В РФ органы власти особых территорий находятся в жёсткой централизованной вертикали. А в Китае, например, больше самостоятельности у местных органов управления ОЭЗ.
• Россия не имеет офшорных зон, а за рубежом они широко распространены с либеральным режимом регистрации бизнеса и финансовой деятельности.
• В РФ ограничен допуск иностранного капитала и рабочей силы. А в китайских ОЭЗ, наоборот, привлекаются иностранные инвестиции и трудовые ресурсы.

Таким образом, российская модель более централизована и жёстко регламентирована законодательно, а зарубежные страны практикуют более гибкий и либеральный подход.

2.3. Роль территорий с особым правовым статусом в повышении эффективности государственного управления

Наличие в составе любого крупного государства регионов, обладающих специфическими чертами и потребностями, требует дифференцированного подхода к организации публичной власти на этих территориях. Важным инструментом такой дифференциации являются территории с особым правовым статусом. Их создание и функционирование играет важную роль в повышении эффективности государственного управления.

Во-первых, наличие особых территорий позволяет более полно учитывать интересы различных социальных, этнических, экономических групп населения путем предоставления регионам их компактного проживания особых прав и условий самоорганизации. Это снижает потенциал социальных конфликтов.

Во-вторых, гибкие модели территориального устройства способствуют раскрытию экономического, инновационного, туристического и иного потенциала конкретных территорий. Например, особые экономические зоны стимулируют приток инвестиций и развитие высокотехнологичных производств.

В-третьих, дифференцированный подход к конструированию власти на местах позволяет эффективно интегрировать в состав государства территории с устоявшейся спецификой управленческих традиций, как в случае с Гонконгом и Макао в Китае.

Таким образом, территории с особым статусом выступают важным инструментом совершенствования пространственной организации публичной власти, повышения гибкости и адаптивности системы государственного управления с учетом разнообразия интересов населения и потенциала территорий.

Исследование роли территорий с особым правовым статусом в контексте повышения эффективности государственного управления представляет собой важное направление анализа в области современной государственной политики и управления. В данном контексте следует учитывать, что эффективное государственное управление олицетворяет собой ключевой аспект гармоничного функционирования современных обществ, обеспечивая достижение социальных, экономических и политических целей.

В России за регулирование деятельности особых экономических зон отвечает Министерство экономического развития. Оно занимается разработкой политики в сфере ОЭЗ, ведёт реестр компаний-резидентов таких зон, контролирует их работу и готовит отчёты для правительства о том, как функционируют ОЭЗ.

Кроме того, в каждой отдельно взятой ОЭЗ есть наблюдательный совет, который координирует все процессы на конкретной территории. В эти советы входят чиновники Минэкономразвития, местные власти, руководство ОЭЗ, сами резиденты. Такой совет помогает объединить все заинтересованные стороны на местах для более эффективной работы. Его полномочия должны быть утверждены федеральным министерством.

То есть управление ОЭЗ в России построено по двухуровневой системе - на федеральном уровне через профильное министерство и на региональном через наблюдательные советы конкретных зон.

Управление ОЭЗ осуществляет специально назначенная управляющая компания. Она должна быть акционерным обществом с государственным участием или создана в партнерстве с таким АО.

Основные функции управляющей компании:

• Создание инфраструктуры внутри ОЭЗ.
• Обеспечение функционирования этой инфраструктуры.
• Привлечение резидентов и инвесторов в ОЭЗ.
• Разработка комплексного плана развития ОЭЗ.

Таким образом, управляющая компания отвечает за создание условий, необходимых для работы резидентов ОЭЗ, и привлечение туда бизнеса. Она является оператором ОЭЗ на федеральном уровне^[34].

На данный момент в Российской Федерации функционируют две известные управляющие компании: ОАО "Специальные экономические зоны", созданное в 2006 году, и ОАО "Курорты Северного Кавказа", основанное в 2010 году. Последняя компания в основном занимается развитием туристически ориентированных предприятий на Северном Кавказе и в Южном федеральном округе.

Для обеспечения согласованности деятельности по каждой территории с уникальным правовым статусом Министерство экономического развития Российской Федерации заключает формальные соглашения с управляющей компанией, отвечающей за надзор за такими территориями.

Начало формы

Примечательно, что, несмотря на ряд благоприятных аспектов, связанных с функционированием территорий, обладающих особым правовым статусом в составе Российской Федерации, в этой области возник ряд проблем. Генезис этих проблем проистекает из первоначального нерегулярного и дезорганизованного создания и функционирования таких территорий в России. Такую беспорядочную эволюцию можно объяснить отсутствием всеобъемлющей нормативно-правовой базы и несогласованностью действий федеральных и региональных властей по предоставлению льгот жителям, расположенным на территориях с уникальным правовым статусом.

На начальном этапе создания территорий, наделенных уникальным правовым статусом в составе субъектов Российской Федерации, основная задача правительства заключалась в привлечении иностранных инвестиций в эти регионы и обеспечении конкретных стимулов, а не в скрупулезном достижении заранее определенных целей социально-экономического развития. Следовательно, настоящий сценарий характеризуется функционированием только половины созданных особых экономических зон (ОЭЗ) на территории Российской Федерации, при этом многие эксперты характеризуют работу многочисленных ОЭЗ либо как неэффективную, либо как условно эффективную. Следовательно, ОЭЗ не способны эффективно решать задачи социально-экономического развития, стоящие как перед субъектами Российской Федерации, так и перед страной в целом.

В исследованиях, посвященных функционированию особых экономических зон в Российской Федерации, отмечается значительный объем бюджетных ассигнований, выделяемых на их создание. По имеющимся данным, из государственного бюджета на разных уровнях было выделено порядка 179 млрд рублей на формирование 33 территорий со специальным правовым статусом. В то же время инвестиции самих резидентов ОЭЗ составили 177 млрд рублей.

Как подчеркивается в литературе, значительная часть бюджетных средств длительное время не использовалась по целевому назначению, а аккумулировалась на депозитных счетах. Кроме того, отмечается отсутствие зависимости расходов на управленческий персонал и стимулирующие выплаты от достижения конкретных показателей эффективности ОЭЗ.

Еще одной серьезной проблемой является противоречие в подходах к регулированию ОЭЗ между федеральными органами власти и органами субъектов РФ, проявляющееся главным образом в вопросах предоставления налоговых льгот резидентам и контроля за их деятельностью.

Таким образом, существующая в России система управления особыми экономическими зонами нуждается в оптимизации для повышения ее эффективности.

отмечается, что резиденты особых экономических зон в России сталкиваются с проблемой разобщенности органов власти различных уровней. Зачастую они вынуждены обращаться за поддержкой в одно ведомство, испытывая трудности во взаимодействии с другим.

Недостаток координации и четкого разграничения полномочий между госструктурами называется в литературе важнейшей управленческой проблемой в сфере регулирования ОЭЗ. Для ее решения предлагается внести изменения в законодательство, регламентирующее создание специальных экономических зон.

Одним из возможных путей считается делегирование больших полномочий по управлению ОЭЗ региональным органам власти субъектов РФ. Это могло бы повысить согласованность действий различных административных уровней в отношении компаний-резидентов специальных экономических зон^[35].

Создание особых экономических зон (ОЭЗ) на территории Российской Федерации проводилось по принципу "сверху вниз", что привело к формированию неэффективной административной системы управления ОЭЗ. В результате возникли недостатки в функционировании системы "одного окна", заставившие резидентов ОЭЗ обращаться к решению многочисленных вопросов развития в Москве, а не на местах^[36].

Существенная часть российских ОЭЗ столкнулась с проблемами, связанными с недостатком квалифицированных специалистов, что потребовало их привлечения из других регионов. В то же время многие ОЭЗ столкнулись с недостаточным развитием важнейших компонентов социальной инфраструктуры, таких как детские сады, школы и медицинские учреждения, что усугублялось недостаточным финансированием, выделяемым на их строительство и реконструкцию.

Учитывая специализированный характер производства в ОЭЗ, приоритетное привлечение специалистов на территорию ОЭЗ и строительство сопутствующих объектов социальной инфраструктуры являются первостепенными задачами для развития этих особых экономических зон.

В данной области существует и еще одна сложность, связанная с огромными территориальными размерами с особым правовым статусом. Это значительно усложняет процессы управления такими территориями и ограничивает возможность эффективного мониторинга их развития. Некоторые из этих особых территорий в России имеют размеры сравнимые с целыми субъектами Российской Федерации. На сегодняшний день государство сталкивается с ограничениями в обеспечении финансирования инфраструктурных проектов на территориях с особым правовым статусом.

В настоящее время привлечение инвестиций и резидентов на подобные территории играет значительную роль, несмотря на предоставляемые специальными зонами юридические, экономические и финансовые преимущества. Тем не менее, потенциальные резиденты проявляют недоверие к гарантиям кредитов, предоставляемым государством, что делает этот вопрос актуальным на сегодняшний день.

Особую озабоченность при осуществлении проектов на территориях с особым правовым статусом вызывает несоответствие между целями и интересами инвесторов и государственных органов. Инвесторы часто отдают приоритет получению немедленной существенной прибыли от предприятий на таких территориях, а не стремлению к устойчивому социально-экономическому развитию охватывающего региона, примером чего является наличие экономической зоны.

Кроме того, географическое пространство территорий, наделенных особым правовым статусом, часто простирается на обширную часть данного региона, что приводит к неэффективности и сложностям в управлении и эксплуатации конкретной зоны.

Другая проблема заключается в законодательных пробелах, касающихся зонирования территорий, наделенных особым правовым статусом, в сочетании с отсутствием практического опыта зонирования таких территорий. Потенциальное решение этой проблемы предполагает проведение преднамеренной подготовки на начальных этапах обсуждения вопроса о создании территорий с особым правовым статусом. Эта подготовительная работа может быть выполнена специализированными специалистами, которым поручено оценить связанные с этим риски, основные цели, а также преимущества и недостатки, присущие созданию таких территорий в пределах конкретных субъектов Российской Федерации. Эксперты также уделяют внимание выявлению "лазеек" в Земельном кодексе Российской Федерации, которые приводят к трудностям и задержкам в процессе разрешения вопросов приобретения земельных участков и их интеграции в систему особых экономических зон. Несколько особых экономических зон, организованных на территории Российской Федерации, сталкиваются с отдельными проблемами, часто связанными с географическим расположением, ограниченным доступом к значимым природным ресурсам и доминирующими социально-экономическими проблемами в релевантных субъектах Российской Федерации, где эти особые экономические зоны функционируют^[37].

В настоящее время в России отсутствует комплексная стратегия развития особых экономических зон и эффективные механизмы привлечения инвестиций в них. В 2016 году Президент поручил Правительству РФ разработать единую стратегию функционирования ОЭЗ, направленную на оптимизацию бюджетных расходов и передачу полномочий субъектам РФ.

Также был введен временный запрет на создание новых ОЭЗ до выработки унифицированных подходов к их формированию и ликвидации неэффективных зон. Предпосылкой стали проверки контрольных органов, выявившие неудовлетворительные результаты деятельности многих ОЭЗ.

В настоящее время Минэкономразвития РФ проводит оценку эффективности существующих ОЭЗ и готовит рекомендации по закрытию неперспективных. Учитывая экономическую ситуацию, также разрабатываются планы по сокращению расходов бюджета на ОЭЗ путем их поэтапной ликвидации.

Для усовершенствования эффективности государственного управления на территориях, обладающих уникальным правовым статусом в Российской Федерации, необходимо осуществить следующие меры:

• Улучшение нормативно-правовой базы, регулирующей учреждение и функционирование данных регионов.
• Разработка комплексной стратегии развития данных специализированных областей.
• Внедрение новых инструментов управления, адаптированных для территорий с особым правовым статусом, включающих активное участие государственных органов субъектов Российской Федерации и делегирование им полномочий за контролем данных территорий.
• Разработка мер, направленных на улучшение эффективности управления в этих регионах, вместе с созданием и применением критериев оценки их операционной эффективности.
• Создание стратегий государственной поддержки данных территорий в условиях финансовых и экономических кризисов.
• Строительство социальной инфраструктуры в данных специализированных регионах, совместно с усиленной деятельностью по возведению жилых помещений и социальных объектов.
• Разработка и внедрение комплексной образовательной программы, охватывающей все виды деятельности на территориях с уникальным правовым статусом.
• Усовершенствование процедур и механизмов для продвижения особых экономических зон всех категорий как на внутреннем, так и на международном уровне.

Соответственно, совершенствование системы управления особыми экономическими зонами может быть достигнуто с помощью административных и законодательных мер, направленных на повышение их эффективности. Создание ОЭЗ на территории субъекта Российской Федерации само по себе не дает конкурентных преимуществ, обеспечивающих ее устойчивое развитие. Для повышения эффективности государственного управления в регионах, наделенных уникальным правовым статусом в Российской Федерации, крайне важно усовершенствовать законодательную базу, регулирующую эту сферу.

Кроме того, решающее значение имеет реструктуризация аппарата управления территориями, наделенными особым правовым статусом в Российской Федерации, предоставление регионам большей автономии в решении вопросов, касающихся развития этих территорий. Решение вышеупомянутых проблем в управлении территориями с особым правовым статусом потенциально может облегчить проблемы, связанные с социально-экономическим развитием субъектов Российской Федерации, одновременно повышая конкурентоспособность региональной и национальной экономики.

Таким образом, было выявлено:

• ФЗ N 116-ФЗ об особых экономических зонах в РФ предоставляет органам управления территорий с особым правовым статусом широкие полномочия по упрощению административных процедур, сокращению сроков регистрации бизнеса.
• Закон N 473-ФЗ о территориях опережающего развития в РФ наделяет органы управления правом вводить упрощенные механизмы получения земельных участков, разрешений на строительство.
• Налоговый кодекс закрепляет налоговые льготы, стимулирующие предпринимательскую активность в территориях с особым правовым статусом.
• Таможенное законодательство устанавливает упрощенные процедуры таможенного оформления для резидентов территорий с особым правовым статусом.
• Градостроительный кодекс дает право органам территорий с особым правовым статусом утверждать отдельную градостроительную документацию.

Таким образом, правовое регулирование территорий с особым правовым статусом направлено на предоставление им большей хозяйственной самостоятельности и гибкости управления. Это позволяет апробировать на таких территориях новые подходы к госуправлению и повысить его эффективность.

ГЛАВА III. ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЙ ТЕРРИТОРИЙ С ОСОБЫМ ПРАВОВЫМ СТАТУСОМ: ОСНОВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ

3.1. Юридические модели и специфика правового регулирования территорий с особым правовым статусом

Территории с особым правовым статусом характеризуются специфическими юридическими моделями и механизмами правового регулирования. Можно выделить несколько наиболее распространенных моделей:

• Конституционно-правовая модель. Предполагает закрепление особого статуса территории в конституции страны и принятие специальных законов, детально регламентирующих компетенцию органов власти такого субъекта. Пример - федеральные земли в Германии.
• Договорная модель. Основывается на заключении договора между центральной властью и органами власти территории. Используется в составных государствах. Например, договор о разграничении полномочий между РФ и Татарстаном.
• Законодательная модель. Предусматривает принятие отдельного закона, устанавливающего специальный режим для конкретной территории. Применяется при создании особых экономических зон, закрытых административных образований.

Основные черты правового регулирования таких территорий:

• Особый порядок формирования и полномочия органов власти;
• Расширенные или специальные права в определенных сферах (экономика, культура, язык и др.);
• Установление дополнительных льгот, преференций, упрощенных режимов осуществления деятельности.

Таким образом, правовое регулирование территорий с особым статусом отличается гибкостью и направлено на закрепление их уникальных прав и преимуществ по сравнению с иными субъектами федерации или административно-территориальными образованиями.

В настоящее время в сфере регулирования сегмента ОЭЗ имеется ряд нормативно-правовых актов, в числе которых основным является Федеральный закон от 22.07.2005 № 116-ФЗ "Об особых экономических зонах в Российской Федерации". Данный закон устанавливает цели данного учреждения, направленные на внутреннее экономическое развитие страны (конкретно, развитие обрабатывающей промышленности, высокотехнологичных секторов экономики, туризма и технологий). Федеральный закон № 116—ФЗ определяет четыре категории видов деятельности, для которых могут создаваться и функционировать ОЭЗ:

• промышленно-производственная,
• технико-внедренческая,
• туристско-рекреационная деятельность,
• деятельность в портах.

Стоит отметить, что каждый из четырех видов особых экономических зон должен соответствовать определенным критериям, утвержденным постановлением Правительства РФ No398 от 2012 года.

В частности, ОЭЗ не должны противоречить приоритетам территориального развития, должны обеспечивать положительную динамику поступлений в бюджеты всех уровней, наличие инвестиционных проектов и инвесторов, готовых к их реализации, а также опыт реализации крупных инвестпроектов с участием отечественных и зарубежных инвесторов.

Кроме того, необходимо наличие инфраструктуры для реализации проектов. В дальнейшем ОЭЗ должны соответствовать требованиям и ограничениям, закрепленным в Федеральном законе об ОЭЗ.

Таким образом, создание особых экономических зон сопряжено с рядом обязательных условий, что призвано обеспечить их эффективное функционирование в соответствии с приоритетами развития территорий и интересами инвесторов.

Федеральным законом No342-ФЗ от 03.08.2018 в Земельный кодекс РФ введена глава XIX, регулирующая зоны с особыми условиями использования территорий. Также внесены изменения в Градостроительный кодекс РФ, в частности в ч.3 ст.49.

В соответствии со ст.105 ЗК РФ с 04.08.2018 установлен перечень из 28 территорий с особым правовым статусом (статья вступила в силу согласно п.2 ст.27 указанного закона).

Таким образом, принятый федеральный закон внес существенные изменения в регулирование территорий с особыми условиями использования, закрепив исчерпывающий перечень таких территорий и особенности их правового режима. Это направлено на упорядочение данной сферы земельных отношений и повышение определенности правового регулирования.

В соответствии с ч.1 ст.106 ЗК РФ, Правительство РФ утверждает положение по каждому виду территорий с особым правовым статусом, за исключением тех, которые возникают по силе федерального закона (водоохранные и рыбоохранные зоны, прибрежные защитные полосы, защитные зоны объектов культурного наследия).

Таким образом, для большинства особых территорий требуется разработка и утверждение отдельного положения Правительством РФ, устанавливающего особенности их правового режима. Это касается тех территорий, которые не регулируются непосредственно федеральным законодательством. Данный подход призван обеспечить единообразие правового регулирования рассматриваемых территорий.

В соответствии с внесенными поправками в часть 3 статьи 49 Градостроительного кодекса, проводится государственная экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий сооружений, предполагающихся к возведению или реконструкции на территориях, обладающих особым правовым статусом. Это особенно актуально для тех регионов, где регламенты налагают ограничения на размещение объектов капитального строительства, опираясь на оценку их воздействия на охраняемый объект или территорию, либо оценку воздействия указанного объекта или территории на установку объекта строительства.

Таким образом, при планировании строительства в зонах с особыми условиями использования требуется проведение экспертизы для оценки взаимного влияния возводимого объекта и охраняемой территории. Это направлено на обеспечение соблюдения режима таких зон при осуществлении градостроительной деятельности.

В соответствии с п.2 ст.104 Земельного кодекса РФ, в границах зон с особыми условиями использования территорий устанавливаются ограничения использования земельных участков, распространяющиеся на все, что находится над и под поверхностью земель. Данные ограничения могут запрещать или ограничивать размещение и использование расположенных на таких участках объектов недвижимости, а также запрещать использование участков для видов деятельности, несовместимых с целями установления особых зон.

Исключения предусмотрены законодательством о недрах, воздушным и водным законодательством.

Таким образом, правовой режим особых территорий предполагает установление ограничений по использованию соответствующих земельных участков и расположенных на них объектов в целях охраны данных территорий.

В соответствии с частью 8 статьи 26 Федерального закона № 342 до 1 января 2022 года территорий с особым правовым статусом считаются установленными в случае отсутствия сведений о таких зонах в Едином государственном реестре недвижимости, если такие зоны установлены до дня официального опубликования Федерального закона № 342, одним из следующих способов:

1) решением исполнительного органа государственной власти или органа местного самоуправления, принятым в соответствии с законодательством, действовавшим на день принятия этого решения;

2) согласованием уполномоченным органом исполнительной власти границ территорий с особым правовым статусом в соответствии с законодательством, действовавшим на день данного согласования в случае, если порядок установления зоны был предусмотрен указанным законодательством;

3) нормативным правовым актом, предусматривающим установление территорий с особым правовым статусом в границах, установленных указанным актом, без принятия решения исполнительного органа государственной власти или органа местного самоуправления об установлении таких зон либо согласования уполномоченным органом исполнительной власти границ территорий с особым правовым статусом;

4) решением суда.

В соответствии с ч.9 ст.26 ФЗ No342, в случаях, предусмотренных ранее действовавшим законодательством, зона с особым статусом считается установленной при условии, что описание ее границ утверждено в текстовой или графической форме либо границы обозначены на местности.

Согласно ч.10 той же статьи, зоны, установленные до 04.08.2018 нормативными актами или решениями об их создании, считаются установленными вне зависимости от соответствия решений об их создании новым требованиям ст.106 ЗК РФ. Внесение изменений в такие решения или принятие новых решений по этим зонам в соответствии с ЗК РФ не требуется. Таким образом, закреплен особый правовой режим ранее созданных зон с особыми условиями для сохранения их статуса и избежания необходимости переоформления.

Согласно ч.16 ст.26 ФЗ No342, до утверждения Правительством РФ положения о конкретном виде территорий с особым статусом, решение об их установлении принимается или согласование их границ осуществляется в порядке, действовавшем до 04.08.2018.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что такие территории:

• устанавливают ограничения использования земельных участков и объектов на них;
• требуют проведения госэкспертизы проектной документации объектов, строительство или реконструкция которых планируется в их границах;
• считаются установленными, если до вступления в силу ФЗ No342 были согласованы уполномоченным органом, утверждены границы или обозначены на местности. Таким образом, установлен особый правовой режим для ранее созданных территорий с особым статусом и порядок создания новых до утверждения положений о них.

Создание ОЭЗ в России предшествуют строго формализованные организационные и правовые процедуры. Это затрудняет более гибкий подход к регулированию соответствующих правовых режимов и не соответствует динамике инвестиционных активностей. Именно на этот аспект обратила внимание Счетная палата Российской Федерации, высказывая возражения против дальнейшего расширения ОЭЗ в стране и подчеркивая необходимость реформирования законодательства в этой области. В 2016 году позиция Счетной палаты получила поддержку Президента Российской Федерации, что привело к приостановке создания новых ОЭЗ и закрытию 10 существующих зон.

Таким образом, существующие жесткие организационно-правовые рамки создания особых экономических зон сдерживают развитие этого института. Дальнейшее совершенствование законодательного регулирования позволит сделать процесс создания ОЭЗ более гибким и отвечающим потребностям инвестиционной деятельности^[38].

Несмотря на критику, правовой режим ОЭЗ по-прежнему считается перспективным с экономической и инвестиционной точек зрения. Это обусловлено предоставляемыми резидентам ОЭЗ налоговыми и иными преференциями.

К налоговым льготам относятся:

• обнуление федеральной части налога на прибыль организаций для резидентов туристско-рекреационных ОЭЗ согласно НК РФ;
• применение ставки по федеральной части налога на прибыль 2% для прочих форм ОЭЗ.

Кроме того, для резидентов ОЭЗ предусмотрены таможенные льготы, упрощенный порядок привлечения иностранной рабочей силы и другие преимущества.

Таким образом, несмотря на имеющиеся проблемы, обширный пакет стимулов делает правовой режим ОЭЗ привлекательным для инвесторов при соблюдении определенных условий.

Вместе с тем, согласно НК РФ, ставка по региональной части налога на прибыль организаций для резидентов ОЭЗ не может превышать 13,5%. В зависимости от конкретной ОЭЗ она варьируется по регионам.

К примеру, в ОЭЗ "Иннополис" в Республике Татарстан действует следующая система региональных ставок:

• первые 5 лет с момента получения прибыли - ставка обнуляется;
• с 6 по 10 год - ставка 5%;
• после 10 лет с момента первой прибыли - ставка 13,5%.

Таким образом, на региональном уровне также предусмотрен значительный стимулирующий эффект за счет пониженных ставок налога на прибыль организаций в течение ограниченного периода функционирования ОЭЗ.

Важно подчеркнуть, что для применения пониженных ставок налога на прибыль она должна получаться от деятельности, осуществляемой на территории ОЭЗ и соответствующей ее характеру. В противном случае возникает риск доначисления налога без учета льгот.

Пример - дело NoА55-12793/2016, где налоговый орган оспаривал право резидента ОЭЗ в Самарской области применять пониженные ставки к прибыли от курсовых разниц при покупке валюты для международных контрактов в рамках соглашения о промышленно-производственной деятельности.

Суды трех инстанций поддержали налоговый орган, однако ВС РФ принял противоположное решение, указав, что валюта приобреталась для оплаты оборудования, необходимого для исполнения соглашения в ОЭЗ. Таким образом, была подтверждена важная позиция о том, что прибыль должна иметь объективную связь с деятельностью по соглашению об ОЭЗ.

Это имеет принципиальное практическое значение для обоснования применения налоговых льгот резидентами ОЭЗ.

Вместе с тем, отсутствие в законе прямого указания на возможность применения льготных ставок к курсовым разницам создает риски доначисления налога на прибыль организаций налоговыми органами.

К примеру, в разъяснении от 14.10.2020 года налоговые органы указали, что учет курсовых разниц от покупки валюты для дивидендов в составе внереализационных доходов без учета инвестиционной деятельности является занижением налоговой базы по ставке 20%. Таким образом, несмотря на сформированную судебную практику, отсутствие прямого закрепления в НК РФ возможности применения льготных ставок к курсовым разницам при осуществлении инвестиционной деятельности в ОЭЗ создает правовую неопределенность для налогоплательщиков. Дополнение соответствующей нормой представляется целесообразным.

Во-вторых, в соответствии с НК РФ, резиденты портовых ОЭЗ освобождаются от уплаты налога на добавленную стоимость.

Кроме того, на технико-внедренческие, промышленно-производственные и портовые ОЭЗ распространяется режим свободной таможенной зоны. Это означает:

• иностранные товары могут использоваться без уплаты таможенных пошлин и НДС;
• российские товары используются по режиму экспорта с уплатой акцизов и без вывозных пошлин.

Таким образом, для определенных видов ОЭЗ установлены существенные таможенные и налоговые льготы, стимулирующие осуществление инвестиционной и производственной деятельности в их границах. Это создает дополнительные преимущества для резидентов.

В-третьих, для резидентов ОЭЗ установлены специальные ставки по налогу на имущество организаций. Согласно НК РФ они освобождаются от этого налога в отношении имущества, созданного или приобретенного для деятельности в ОЭЗ по соглашению.

Однако налоговые органы нередко обоснованно доначисляют налог из-за неправомерного применения льготы к имуществу, приобретенному до получения статуса резидента ОЭЗ.

К примеру, в деле NoА36-4430/2010 суд встал на сторону налоговой, указавшей, что организация купила 36 единиц транспорта до получения статуса резидента и даже до создания самой ОЭЗ. Довод о последующем использовании этого имущества в ОЭЗ был отклонен.

Таким образом, льгота распространяется только на вновь созданное или приобретенное имущество уже после получения статуса резидента ОЭЗ. Это важно учитывать на практике.

Следует отметить, что ранее льгота по налогу на имущество организаций для резидентов ОЭЗ действовала в течение 5 лет с момента постановки имущества на учет. В настоящее время этот срок увеличен до 10 лет.

Аналогичный 10-летний период действия льготы установлен для управляющих компаний ОЭЗ. Согласно НК РФ, они освобождаются от налога на имущество в отношении учитываемого на балансе недвижимого имущества в составе основных средств.

Как разъяснил Минфин России, для применения льготы должны быть документы, подтверждающие регистрацию компании в качестве управляющей, а также учет имущества в составе основных средств в течение установленного законом периода. Таким образом, срок действия важных налоговых льгот для резидентов и управляющих компаний ОЭЗ был увеличен, что повышает привлекательность соответствующего статуса.

Важно подчеркнуть, что льгота по налогу на имущество может распространяться на судостроительные организации-резиденты промышленно-производственных ОЭЗ. В течение 10 лет после регистрации в качестве резидента ОЭЗ они освобождаются от налога в отношении имущества, используемого для судостроения и ремонта. Для вновь созданного или приобретенного имущества для этих целей льгота действует 10 лет с момента постановки на учет.

В-четвертых, Налоговый кодекс предоставляет резидентам ОЭЗ льготы по земельному налогу. Согласно НК РФ, организации-резиденты освобождаются от этого налога на 5 лет с момента возникновения права собственности на земельный участок. Для судостроительных организаций-резидентов льготный период - 10 лет с регистрации в качестве резидента ОЭЗ.

Таким образом, налоговое законодательство предусматривает различные по срокам льготы для резидентов ОЭЗ по имущественным налогам в зависимости от вида деятельности и имущества.

Вместе с тем на практике возникали неоднозначные ситуации, связанные с применением льготы по земельному налогу резидентом ОЭЗ в случае регистрации права на участок, образованный путем объединения двух участков на территории ОЭЗ.

С одной стороны, согласно НК РФ и разъяснениям Минфина, льгота должна распространяться на новый участок в течение 5 лет с момента регистрации права. С другой стороны, с 2018 года вступил в силу п.2 ст.395 НК РФ, согласно которому при объединении участков льгота не применяется.

Учитывая правовые позиции КС РФ, запрещающие ухудшение положения налогоплательщика новой нормой, у резидентов ОЭЗ есть основания применять льготу, несмотря на положения НК РФ. Однако ситуация остается неоднозначной.

Для устранения правовой неопределенности требуется либо закрепление соответствующей нормы в НК РФ, либо разъяснение налоговых органов, унифицирующее сложившуюся практику^[39].

На территориях особых экономических зон (ОЭЗ) применяются нефискальные меры поддержки инвестиционной деятельности, среди которых имеется так называемая "дедушкина оговорка", предусмотренная статьей 38 Федерального закона № 116-ФЗ. Согласно данному положению, запрещается применение нормативных актов о налогах и сборах различных уровней, которые могут оказать негативное влияние на резидентов ОЭЗ, за исключением актов, касающихся регулирования налогообложения подакцизных товаров, на протяжении срока действия соответствующего соглашения.

3.2. Тенденция и перспективы развития территорий с особым правовым статусом в Российской Федерации

Вопрос правового регламентирования территорий с особым правовым статусом в наши дни приобретает особую актуальность. Это обусловлено как длительным отсутствием единого подхода к их определению, так и недавним введением новых законодательных норм в рамках проводимой земельной реформы. Как показывает практика, внедрение нововведений законодательства и выстраивание механизмов правового регулирования по новым правилам - процесс весьма непростой и многоаспектный. В результате возникают правовые неопределенности и сложности в реализации правовых норм.

Очевидно, что отсутствие системного подхода к определению территорий с особым статусом в течение длительного времени привело к проблемам в данной сфере. Принятие новых законодательных актов в рамках проводимых преобразований, безусловно, требует адаптации и выработки единых подходов к правоприменению. Практика показывает сложность внедрения нововведений и налаживания соответствующих механизмов регулирования. В результате возникает правовая неопределенность и трудности в реализации законодательных норм. Дальнейшее изучение данных процессов и выработка системных решений - важная задача юридической науки.

Необходимо констатировать недостаточную теоретическую проработку вопроса территорий с особым правовым статусом. Большинство научных публикаций посвящено отдельным разновидностям таких территорий: зонам охраны объектов культурного наследия, водоохранным зонам, охранным зонам газораспределительных сетей и др. Лишь незначительное число работ касается частных аспектов проблемы - признаков и принципов определения границ зон, ограничений прав предпринимателей и т.п.

Очевидно наличие ряда нерешенных научных задач. В частности, наблюдается неопределенность в трактовке отдельных понятий - "правовой режим территорий с особыми условиями использования", "зоны с особыми условиями использования", "охранные зоны" и др. Отсутствие надлежащего законодательного определения рассматриваемых территорий, о чем уже говорилось в наших предыдущих публикациях, также выступает актуальной проблемой.

Дальнейшее научное осмысление указанных вопросов, выработка единых подходов к трактовке базовых понятий, формулирование рекомендаций для совершенствования законодательства — вот основные направления, требующие пристального внимания исследователей для преодоления имеющихся пробелов в изучении территорий с особым правовым статусом^[40].

В регламентации правового положения особых территорий наблюдается отсутствие последовательности, обусловленное множеством нормативно-правовых актов различной юридической силы. К примеру, охранные зоны объектов культурного достояния регулируются как Федеральным законом «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» от 25.06.2002 No 73-ФЗ, так и Постановлением Правительства Российской Федерации от 12.09.2015 No 972, утверждающим правила в отношении таких зон. Аналогичным способом, правила охраны зон тепловых сетей изложены в приказе Министерства строительства Российской Федерации «О типовых правилах охраны коммунальных тепловых сетей» от 17.08.1992 No 197. Касательно охраны зон трубопроводов применяются Правила охраны магистральных трубопроводов, утвержденные Министерством топлива и энергетики Российской Федерации от 29.04.1992 г. и Постановление Госгортехнадзора Российской Федерации от 22.04.1992 г. No 9. Подобное многообразие подходов в правовом регулировании территорий со специальным статусом порождает правовую неопределенность и затрудняет правоприменение, что может привести к юридическим ошибкам и коллизиям.

В России на протяжении последних десятилетий наблюдаются устойчивые тенденции в развитии территорий с особым правовым статусом.

Во-первых, это расширение разновидностей таких территорий. Помимо традиционных национально-территориальных образований, появляются особые и игорные зоны, территории опережающего развития, инновационные научно-технологические центры и др.

Во-вторых, наблюдается тенденция к увеличению количества особых территорий. Если в середине 1990-х в России насчитывалось около 30 ЗАТО и 10 закрытых городов, то к настоящему времени их число приближается к 50.

В-третьих, расширяются виды льгот и преимуществ, предоставляемых особым территориям. Помимо налоговых льгот, появляются меры административной и инфраструктурной поддержки со стороны государства.

В перспективе эксперты прогнозируют дальнейшее развитие и совершенствование правового регулирования особых территорий в России. Возможно появление новых разновидностей для решения задач пространственного развития.

Также ожидается расширение полномочий органов власти особых территорий, особенно в сфере социально-экономического развития. Перспективным направлением является использование особых режимов для развития российской Арктики.

В целом территории с особым статусом будут и дальше играть заметную роль в государственном устройстве РФ, отражая стремление использовать гибкие подходы к территориальной организации публичной власти.

Вступление в силу Федерального закона № 342-ФЗ от 03.08.2018 явилось первым шагом к разработке систематического и унифицированного подхода в данной области. В соответствии с введенной статьей 106 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) Правительству Российской Федерации поручено утверждение положений для каждой категории особых территорий, за исключением тех, которые установлены федеральным законом. Безусловно, разработка таких положений является сложным и многолетним процессом^[41].

В соответствии с утвержденным в 2018 году планом-графиком были разработаны проекты необходимых нормативных актов, которые пока не приняты. До момента их принятия действует прежний порядок правового регулирования.

Таким образом, несмотря на предпринятые меры, остается актуальной задача дальнейшего совершенствования законодательства в части упорядочения правовых режимов территорий с особым статусом.

Представляется важным остановиться на проблеме наполнения ЕГРН сведениями о территориях с особым правовым статусом. По данным на январь 2023 года, общее количество таких зон, внесенных в реестр недвижимости, составило порядка 1,2 миллиона. В их числе: охранные зоны - более 1 миллиона, зоны охраны объектов культурного наследия - около 7 тысяч, защитные зоны ОКН - около 300, санитарно-защитные зоны - более 3 тысяч, водоохранные зоны - свыше 5 тысяч, прочие зоны - порядка 10 тысяч.

Эти статистические данные приведены в докладе руководителя ФГБУ "ФКП Росреестра" в январе 2023 года. Указанное количество сведений о зонах внесено с 1 марта 2008 года, когда вступил в силу ФЗ "О кадастровой деятельности". Для сравнения, в 2021 году в ЕГРН было внесено около 190 тысяч таких зон, в 2022 году - свыше 170 тысяч. Таким образом, за последние годы наблюдается положительная динамика наполнения реестра данными об особых территориях.

Таким образом, наполнение реестра недвижимости необходимыми сведениями о территориях с особым статусом остается актуальной задачей, требующей дальнейших усилий для своего решения. Полнота и достоверность этих данных имеет важнейшее значение для обеспечения правопорядка.

Приведенные данные о количестве территорий с особым правовым статусом, внесенных в ЕГРН, представляются невысокими для масштабов Российской Федерации. Очевидно, что некоторых видов таких зон гораздо больше. Кроме того, наблюдается тенденция к снижению внесения соответствующих сведений в реестр недвижимости.

Низкий уровень наполнения ЕГРН может быть обусловлен различными факторами. В частности, в отношении ряда территорий с особым статусом законодательством не определены полномочные органы по их установлению, ответственные за предоставление сведений в реестр субъекты, порядок направления необходимых документов. До последних законодательных изменений Минэкономразвития России высказывало позицию, что при отсутствии такой регламентации сведения о соответствующих территориях не подлежат внесению в ЕГРН.

Таким образом, проблема полноты учета территорий с особым правовым статусом в Едином госреестре недвижимости требует дальнейшего внимания и комплексного решения.

В настоящее время законодателем предпринят ряд мер для решения обозначенной проблемы наполнения ЕГРН сведениями о территориях с особым правовым статусом.

Во-первых, в разрабатываемых положениях о таких территориях предусмотрено определение органов, уполномоченных на их установление, исчерпывающего перечня документов для соответствующих решений, оснований для отказа в принятии решений и другие условия.

Во-вторых, согласно п.10 ст.106 ЗК РФ, сведения о границах конкретной зоны в виде графических и текстовых материалов являются обязательным приложением к решению об её установлении или изменении. При этом координаты определяются в системе координат ЕГРН.

Таким образом, принимаются меры для совершенствования правового регулирования и создания необходимых условий для полноценного учета территорий с особым статусом в Едином государственном реестре недвижимости.

По общему правилу, территория с особым правовым статусом считается установленной, измененной или прекращает существование с момента внесения соответствующих сведений в ЕГРН (ст.10 ФЗ "О госрегистрации недвижимости").

Однако в связи с введением Законом No342-ФЗ новых требований предусмотрен переходный период. Согласно ему, территории с особым статусом, образованные до 1 января 2022 г., считаются установленными при отсутствии сведений о них в ЕГРН. Это положение закреплено в п.8 ст.26 указанного закона и действует до 1 января 2025 года.

Данная норма означает, что, если в течение переходного периода сведения о таких территориях не будут внесены в реестр недвижимости, они утратят статус юридически установленных.

Таким образом, перед органами власти стоит важная задача по своевременному обеспечению учета территорий с особым правовым режимом в ЕГРН в соответствии с установленными требованиями.

Полагаем, что обозначенные законодательные новеллы окажут положительное влияние на правовое регулирование территорий с особым статусом и будут способствовать наполнению ЕГРН необходимыми сведениями.

В частности, они призваны решить проблему определения момента установления таких территорий. На практике встречалось немало случаев расхождения в позициях судов по данному вопросу, если сведения об особых зонах отсутствовали в реестре недвижимости. Нередко правообладатели узнавали о нахождении своих участков в границах подобных зон уже при попытке осуществления определенных действий с ними.

Верховный Суд РФ неоднократно указывал, что ограничения прав могут считаться установленными и без внесения в ЕГРН, если соответствующие территории были образованы ранее. Это ставило правообладателей в сложное положение.

Теперь суды должны руководствоваться новыми нормами о регистрации особых территорий. Возможно, это повлияет на практику и обеспечит большую определенность в данном вопросе.

Важной проблемой, вытекающей из предыдущей, является вопрос возмещения убытков при ограничении прав в связи с установлением территорий с особым статусом.

До августа 2018 года данный вопрос регулировался ЗК РФ, предусматривающим возмещение таких убытков в полном объеме. В настоящее время принята отдельная статья 57.1 ЗК РФ об особенностях возмещения убытков в рассматриваемых случаях.

Как показывает практика, зачастую в возмещении отказывают, ссылаясь на то, что соответствующие территории были установлены ранее, либо предъявляя повышенные требования к осмотрительности правообладателей.

Таким образом, несмотря на правовое регулирование, на практике возникают сложности с возмещением убытков из-за установления особых территорий. Это требует дальнейшего научного осмысления для выработки оптимальных подходов.

Особое внимание заслуживает практика отказа в выплате компенсаций вследствие отсутствия четкого механизма в законодательстве. Несколько из таких решений были отменены вышестоящими органами.

Например, Арбитражный суд Северо-Западного федерального округа надлежащим образом подчеркнул, что нижестоящие суды не учли некоторые существенные обстоятельства. В нем отмечается, что законодательство предусматривает выплату компенсации за ущерб при учреждении территорий с особым статусом, ссылаясь на статью 57 Гражданского кодекса Российской Федерации и соответствующее Постановление Правительства.

Итак, несмотря на наличие общих норм, требуется детальная правовая регламентация отдельных вопросов о порядке возмещения убытков в рассматриваемых случаях. Это позволит обеспечить соблюдение прав правообладателей и единообразие судебной практики. Дальнейшая проработка данного вопроса имеет важное практическое значение.

Обобщая изложенное, отметим, что территории с особым правовым статусом нуждаются как в углубленном теоретическом исследовании, так и в дальнейшей правовой конкретизации. Это необходимо для восполнения пробелов в законодательстве, предотвращения неоднозначного толкования и ошибок в правоприменительной практике.

В настоящее время актуализируются вопросы организации и правового регулирования особых экономических зон. В частности, на федеральном портале нормативных актов размещен ряд законопроектов о внесении изменений в закон об ОЭЗ. По двум из них уже принято решение о прекращении дальнейшей разработки.

Таким образом, совершенствование законодательного регулирования рассматриваемых территорий по-прежнему остается актуальной задачей, требующей внимания со стороны органов власти и научного сообщества.

Стоит отметить, что законопроект получил положительную оценку регулирующего воздействия, предусматривающую следующие нововведения:

• Оптимизацию количества ОЭЗ, включая создание портовых и комбинированных зон, а также других существующих разновидностей ОЭЗ.
• Заключение единого договора об учреждении и управлении ОЭЗ, проект которого разрабатывает Минэкономразвития России.
• Дополнительное регулирование порядка территориального расширения ОЭЗ.
• Возможность признания ОЭЗ неэффективными на основании трехлетней деятельности.
• Расширение перечня разрешенных видов деятельности в ОЭЗ.
• Создание федерального исполнительного органа, уполномоченного Правительством РФ утверждать порядок ведения реестра резидентов ОЭЗ.
• Принятие мер по упрощению процедуры получения и лишения статуса резидента ОЭЗ, таких как замена бизнес-планов паспортами инвестпроектов, сокращение сроков заключения соглашений о деятельности в ОЭЗ до 15 рабочих дней, исключение наблюдательных советов ОЭЗ, а также заключение соглашений напрямую с субъектом РФ или управляющей компанией при передаче соответствующих полномочий.

Все вышеперечисленное свидетельствует о том, что в настоящее время институт особых экономических зон находится в процессе обновления и оптимизации. Несмотря на некоторые проблемы, связанные с внедрением ОЭЗ в отечественные правовые и социоэкономические системы, их инвестиционная привлекательность является неоспоримой, в первую очередь благодаря тщательной разработке налоговых льгот и преференций для резидентов ОЭЗ.

Указанные меры поддержки инвесторов призваны укрепить интерес к повышению инвестиционной привлекательности российской экономики, что является ключевым аспектом стратегии социально-экономического развития. Полагаем, что вносимые в законодательство изменения оптимизируют реализацию правовых и экономических мер в отношении ОЭЗ, предотвратят "угасание" данного института.

Таким образом, несмотря на имеющиеся проблемы, ОЭЗ обладают существенным потенциалом, который необходимо развивать посредством совершенствования правового регулирования с учетом накопленного опыта.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное в рамках данного исследования комплексное изучение конституционно-правового статуса территорий с особым правовым режимом позволяет сформулировать следующие основные выводы.

• Под территориями с особым правовым режимом понимаются определенные территориальные образования в составе государства, на которых действует специальное законодательство, отличное от общегосударственного правового регулирования. Такие территории создаются в целях решения специфических политических, экономических, социальных, культурных и иных задач и обладают особым правовым статусом.
• В России исторически сложилось несколько видов территорий с особым правовым режимом:
• автономные территории (республики, автономная область, автономные округа);
• закрытые административно-территориальные образования;
• особые экономические зоны;
• территории традиционного природопользования коренных малочисленных народов;
• территории опережающего социально-экономического развития и др.

Каждая из них обладает своими конституционно-правовыми особенностями статуса.

• В зарубежных странах также существует широкое разнообразие территорий с особыми правовыми режимами: особые экономические зоны, офшорные зоны, свободные города, зоны азартного бизнеса, особые административные районы и др. Мировой опыт показывает эффективность использования таких территорий для решения задач экономического и социального развития при условии их грамотного правового регулирования.
• Конституционно-правовой статус территорий с особым режимом характеризуется рядом особенностей:
• специальный порядок создания и упразднения;
• особая компетенция органов власти;
• отдельные административные органы управления;
• специальное законодательство;
• особый режим экономической деятельности;
• специальные условия проживания граждан и осуществления ими прав;
• ограниченный доступ граждан и транспорта.
• Создание и функционирование территорий с особо правовым режимом в России регулируется Конституцией РФ, федеральными конституционными и федеральными законами, а также подзаконными нормативными правовыми актами. Основными законодательными актами в данной сфере являются:
• Федеральный закон от 6 октября 1999 г. No 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации";
• Федеральный закон от 22 июля 2005 г. No 116-ФЗ "Об особых экономических зонах в Российской Федерации";
• Федеральный закон от 29 декабря 2014 г. No 473-ФЗ "О территориях опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации".
• Сравнительно-правовой анализ территорий с особым режимом в России и зарубежных странах позволяет выявить как общие черты, так и различия. К общим чертам можно отнести наличие специальных льгот и преференций, ориентацию на решение задач социально-экономического развития. Основные отличия состоят в более жестком централизованном регулировании в России и большей гибкости правовых режимов территорий в зарубежных странах.
• Территории с особым правовым режимом играют важную роль в повышении эффективности государственного управления. Они позволяют:
• апробировать новые подходы к управлению и правовому регулированию;
• стимулировать социально-экономическое развитие отдельных территорий и регионов;
• создавать благоприятные условия для инвестиций и инновационной деятельности;
• решать задачи обеспечения обороноспособности и безопасности государства.

Однако их эффективность во многом зависит от продуманного правового режима и механизмов управления такими территориями.

• Основными тенденциями развития территорий с особым правовым режимом в Российской Федерации являются:
• расширение сфер применения правовых режимов особых территорий, ориентация не только на экономические, но и на социальные, инновационные, стратегические цели;
• повышение гибкости и адаптивности правового регулирования особых территорий;
• усиление стратегической роли таких территорий в обеспечении устойчивого развития и национальных интересов;
• совершенствование механизмов управления территориями с особыми правовыми режимами на основе обратной связи и оценки эффективности.

Реализация этих тенденций будет способствовать дальнейшему развитию рассматриваемого конституционно-правового института в России.

Таким образом, проведенное исследование позволяет сделать вывод о том, что территории с особым правовым режимом представляют собой важный конституционно-правовой институт, позволяющий гибко и оперативно решать задачи государственного развития. Данный институт нуждается в дальнейшем комплексном изучении и совершенствовании правового регулирования на основе анализа накопленного опыта в России и за рубежом. Это будет способствовать повышению эффективности государственного управления, укреплению конституционных основ российской государственности, обеспечению национальных интересов и устойчивого развития страны.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 No 6-ФКЗ, от 30.12.2008 No 7-ФКЗ, от 05.02.2014 No 2-ФКЗ, от 01.07.2020 No 11-ФКЗ) // Собрание законодательства РФ. – 2014. – No 31. – Ст. 4398.
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 No 51-ФЗ (ред. от 28.06.2021) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – No 32. – Ст. 3301.
3. Земельный кодекс Российской Федерации от 25.10.2001 No 136-ФЗ (ред. от 30.12.2021) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2022) // Собрание законодательства РФ. – 2001. – No 44. – ст. 4147.
4. Об особых экономических зонах в Российской Федерации: Федеральный закон от 22.07.2005 No 116-ФЗ (ред. от 02.07.2021) // Собрание законодательства РФ. – 2005. – No 30 (часть II). – Ст. 3127.
5. О территориях опережающего социально-экономического развития в Российской Федерации: Федеральный закон от 29.12.2014 г. No 473-ФЗ (ред. от 26.03.2022) // Собрание законодательства РФ. – 2015. – No 1 (часть I). – Ст. 26.
6. Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» // СЗ РФ. 20.07.2015. № 29 (часть I). Ст. 4344.
7. Определение Верховного Суда РФ от 04.06.2018 № 309-ЭС18–6555 по делу № А50–10573/2017 // СПС КонсультантПлюс.
8. Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2018 № 17АП-11345/2018-ГК по делу № А50–24016/2017.
9. Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 03.09.2018 № Ф02–3172/2018 по делу № А58–358/2016,
10. Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27.03.2018 № Ф06–30775/2018 по делу № А57–12113/2017 // СПС КонсультантПлюс.
11. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.10.2018 № Ф07–12933/2018 по делу № А56–104231/2017 // СПС КонсультантПлюс.
12. Алябьева, К. В. Исследование особенностей функционирования территорий с особым экономико-правовым статусом как инструмента привлечения инвестиций в экономические системы регионов России: таможенный аспект / К. В. Алябьева, Р. А. Лаптев, В. В. Коварда // Национальные интересы: приоритеты и безопасность. – 2021. – Т. 17, № 10(403). – С. 1929-1968.
13. Астраханцев, Д. В. Федеральная территория "Сириус" как форма развития молодежной политики / Д. В. Астраханцев // Юрист спешит на помощь. – 2022. – № 4. – С. 21-24.
14. Башаева, И. Ю. Некоторые проблемы, связанные с правовым регулированием зон с особыми условиями использования территорий / И. Ю. Башаева. — Текст: непосредственный // Новый юридический вестник. — 2020. — № 5 (19). — С. 13-17. — URL: https://moluch.ru/th/9/archive/167/5217/ (дата обращения: 27.06.2023).
15. Васильева Оксана Николаевна, Полгар Тибор Применение зарубежного опыта в регулировании деятельности отдельных видов территорий с особым режимом осуществления предпринимательской деятельности // Вестник МГОУ. Серия: Юриспруденция. 2021. №1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/primenenie-zarubezhnogo-opyta-v-regulirovanii-deyatelnosti-otdelnyh-vidov-territoriy-s-osobym-rezhimom-osuschestvleniya (дата обращения: 26.06.2023).
16. Гусев, В. С. К вопросу об ограничении права на обращение в органы публичной власти как временной меры в условиях действия специальных правовых режимов / В. С. Гусев // Труды Академии управления МВД России. – 2023. – № 3(67). – С. 108-117.
17. Ежукова, О. А. Территории с особым публично-правовым статусом как фактор федеративной политики России / О. А. Ежукова // Конституционное и муниципальное право. – 2021. – № 3. – С. 36-45.
18. Зоны с особыми условиями использования территорий (проблемы установления и соблюдения правового режима): научно-практическое пособие / Е. А. Галиновская, Е. С. Болтанова, Г. А. Волков [и др.]; отв. ред. Е. А. Галиновская. Москва: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации: ИНФРА-М. 2020. 304 с.
19. Карпов, А. С. Территориальное устройство российской федерации: тождественна ли правовая природа территории государства и территории субъектов федерации / А. С. Карпов, В. Д. Макроменко // Органы государственной власти в системе правозащитной деятельности на современном этапе : Сборник научных трудов V Национальной научно-практической конференции, Санкт-Петербург, 20 декабря 2021 года. – Санкт-Петербург: Санкт-Петербургский университет технологий управления и экономики, 2022. – С. 309-319.
20. Каткова Н.А. Зарубежный опыт создания территорий с особым режимом развития // Экономика и социум. 2019. №9 (40). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/zarubezhnyy-opyt-sozdaniya-territoriy-s-osobym-rezhimom-razvitiya (дата обращения: 26.06.2023).
21. Коростелев, Н. Ю. К вопросу об истории формирования особых экономических зон в России / Н. Ю. Коростелев. — Текст: непосредственный // Молодой ученый. — 2019. — № 21 (259). — С. 206-207. — URL: https://moluch.ru/archive/259/59638/ (дата обращения: 17.09.2023).
22. Коварда, В. В. Анализ влияния территорий с особым правовым статусом на развитие региональных социально-экономических систем России / В. В. Коварда // Региональная экономика: теория и практика. – 2019. – Т. 17, № 11(470). – С. 2039-2057.
23. Котов, А. В. Особенности регулирования преференциальных территориальных режимов в странах ес / А. В. Котов // Современная Европа. – 2023. – № 1(115). – С. 100-112.
24. Лаптев, Р. А. Сущность, значение и эволюция таможенных территорий с особым экономико-правовым статусом / Р. А. Лаптев, Х. Ся // Цифровая экономика: проблемы и перспективы развития: Сборник научных статей 3-й Межрегиональной научно-практической конференции, Курск, 11 ноября 2021 года. – Курск: Юго-Западный государственный университет, 2021. – С. 241-242.
25. Лысенко В.А. Асимметрия территориального устройства России // Вестник РУДН. Серия: Политология. 2018. No 1. С. 74-83.
26. Малышева, Н. А. Глава 8. «территориальный объект с особым правовым статусом» как сфера стратегического развития территории российской Федерации / Н. А. Малышева // Наука, инновации, общество в условиях цифровой экономики: Монография / Под общей редакцией Г.Ю. Гуляева. – Пенза: Наука и Просвещение, 2021. – С. 87-100.
27. Мисник, Г. А. Зоны с особыми условиями использования территорий: новое в законодательстве / Г. А. Мисник // V Международный ФОРУМ цивилистов: Сборник научных статей международной научно-практической конференции, Ростов-на-Дону, 08 апреля 2022 года. – Ростов-на-Дону: Индивидуальный предприниматель Беспамятнов Сергей Владимирович, 2022. – С. 27-32.
28. Морозова Александра Сергеевна ОБ ОСОБЕННОСТЯХ КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОГО СТАТУСА ФЕДЕРАЛЬНОЙ ТЕРРИТОРИИ: ОБЗОР ПРАВОВЫХ ПОЗИЦИЙ И ЮРИДИЧЕСКОЙ ПРАКТИКИ // Вестник Уральского юридического института МВД России. 2022. №1 (33). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ob-osobennostyah-konstitutsionno-pravovogo-statusa-federalnoy-territorii-obzor-pravovyh-pozitsiy-i-yuridicheskoy-praktiki (дата обращения: 17.09.2023).
29. Наумкина, В. В. К вопросу о становлении территориального устройства государства / В. В. Наумкина // Право и государство: теория и практика. – 2022. – № 3(207). – С. 40-41.
30. Неижкаша, И. С. Территории с особым публично-правовым статусом в Российской Федерации: эволюция видового многообразия и критерии классификации / И. С. Неижкаша // Юридический вестник Кубанского государственного университета. – 2023. – № 4. – С. 60-71.
31. Нестеренко, А. В. Таможенно-тарифное регулирование в свободных экономических зонах: зарубежный опыт и российская практика / А. В. Нестеренко // Актуальные вопросы современной экономики. – 2022. – № 6. – С. 331-340.
32. Пивоварова О.В. Международный опыт оценки эффективности государственного управления // Государственное и муниципальное управление. Ученые записки. – 2020. - № 2. – С. 80-86.
33. Писенко, К. А. Особые экономико-правовые режимы территорий в контексте стратегического планирования и мировой социально-экономической трансформации / К. А. Писенко // Публичные финансы и финансовое право: ежегодник / Под редакцией И. А. Цинделиани; Верховный суд Российской Федерации; Российский государственный университет правосудия. Том Выпуск I. – Москва: Общество с ограниченной ответственностью "Проспект", 2022. – С. 7-24.
34. Сапир, Е. В. Специальные экономические зоны в мировой экономике: Учебное пособие / Е. В. Сапир, И. А. Карачев. – 1-е изд. – Москва: Издательство Юрайт, 2023. – 149 с.
35. Скачкова, А. А. Федерация как форма государственного устройства / А. А. Скачкова // Фундаментальные и прикладные аспекты развития современной науки: Сборник трудов по материалам VII Международного конкурса научно-исследовательских работ, Уфа, 25 января 2022 года. – Уфа: Общество с ограниченной ответственностью "Научно-издательский центр "Вестник науки", 2022. – С. 79-84.
36. Слюсаренко, Т. В. Территории Российской Федерации с особым правовым статусом / Т. В. Слюсаренко // Научные труды Московского университета имени С.Ю. Витте: Сборник научных статей. Том Выпуск 8. – Москва: Московский университет им. С.Ю. Витте, 2021. – С. 251-257.
37. Степанов, Н. С. Институты развития регионального управления новой модели экономического роста (территории опережающего развития, территории опережающего социально-экономического развития) / Н. С. Степанов // Вестник университета. – 2023. – № 1. – С. 106-113.
38. Строев, П. В. Сравнительный анализ мирового опыта создания и развития территории с особым правовым статусом (на примере развивающихся стран Азии) / П. В. Строев, С. В. Макар, А. И. Дудник // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Экономика и право. – 2020. – № 10. – С. 75-81.
39. Тихомирова Л. А. Зоны с особыми условиями использования территорий: особенности правового регулирования. Специально для системы ГАРАНТ [Электронный ресурс]. 2014. URL: http://base.garant.ru/57509230/
40. Туровский Р.Ф. Асимметричная модель федерализма // Полис. 2017. No 2. С. 16-28.
41. Фаттахов, Р. В. Особые экономические зоны как инструмент развития национальной экономики / Р. В. Фаттахов, О. В. Пивоварова, Д. Е. Морковкин // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Экономика и право. – 2020. – № 11. – С. 74-79.
42. Фаттахов Р.В., Лапенкова Н.В., Пивоварова О.В. Территории с особым правовым статусом как инструмент инновационно-инвестиционного развития: мировая практика // Экономика. Бизнес. Банки. 2019. № 11 (37). С. 21-33.
43. Феоктистов, А. В. Правовая характеристика особо охраняемых природных территорий. Проблемы обеспечения их охраны / А. В. Феоктистов, Д. Р. Акчурина. — Текст: непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 50 (340). — С. 339-342. — URL: https://moluch.ru/archive/340/76541/ (дата обращения: 27.10.2023).
44. Фирсов, К. Д. Правовые аспекты территорий опережающего развития / К. Д. Фирсов, Я. Е. Набиева // Студенческий. – 2023. – № 3-5(215). – С. 41-43.
45. Global Experiences with Special Economic Zones [Электрон. ресурс]. Режим доступа: Open knowledge. URL: https://openknowledge.worldbank.org/bitstream/ handle/10986/22400/Global0experie00on0China0and0Africa.pdf?sequence=1 (дата обращения: 20.10.2023)
46. Шагапова, Р. А. К вопросу об актуальности правового статуса геопарков и их особого правового режима в России / Р. А. Шагапова // Правовое видение развития России: Материалы Международной научно-практической конференции, посвященной 50-летию присоединения Института права к Башкирскому государственному университету, Уфа, 15 апреля 2022 года. – Уфа: Башкирский государственный университет, 2022. – С. 333-339.
47. Шелегов, Ю. В. Генезис и сущность особых правовых режимов / Ю. В. Шелегов, Л. П. Плеснева // Вестник Восточно-Сибирского института МВД России. – 2023. – № 3(106). – С. 67-78.
48. Шувалов, И. И. Территории с особым режимом осуществления предпринимательской и иной деятельности: вопросы правового регулирования / И. И. Шувалов // Предпринимательское право. – 2021. – № 2. – С. 3-8.